Не прошло и минуты как все были в сборе. Стражник вывел друзей за пределы подземного замка и направил их вновь через город. Нужно было добраться до проводника, ждавшего у секретного тоннеля. В городе велись последние приготовления к осаде. Все жители, не способные сражаться, помогали воинам возводить оборонительные крепости и готовили штурмовые машины. Город был погружен в тяжелое ожидание. Снаружи сумрак ночи разгонял свет огромных светильников, которые сильно раскачивались на ветру, зловеще скрипя железными абажурами. В долине гномов царила мертвая тишина. Полки для битвы были уже расставлены, знамена развевались на ветру. Впереди всей армии стоял сам король Яндрим Быстрый Молот. Он подбадривал воинов, стараясь поддержать своим присутствием всех и каждого. Главные железные ворота в самом широком проходе между скалами были наглухо затворены и укреплены. Столица Королевства Урбундар приготовилась к тяжелой осаде.
Гром приостановил ведущего их стражника и подвел друзей к Яндриму. Король выглядел уставшим, но решительным. Его суровый взгляд казался непоколебимым. Ни тени страха. Ни единого намека на волнение. Заслышав шаги, он обернулся.
— Уходите скорей, — молвил он, — времени мало.
Гром обнял отца и ответил:
— Да прибудет с тобой сила Сиборгана!
Взгляд Яндрима потеплел.
— Удачи, сын мой, — просто пожелал он.
Гром, не оглядываясь, зашагал на другой конец долины. Остальные молча последовали за ним. Стражник отсалютовал уходящим и присоединился к армии.
У входа в тоннель, который был почти не заметен в сумерках, стоял облаченный в толстый плащ, сгорбленный старый гном. Грязные седые волосы были заплетены в тугой хвост и спрятаны под капюшон. Наружу выглядывали только два черных глаза, хитрых как у лисицы.
Вдалеке пропел боевой рог, возвещая о прибытии войска Темного Всадника. В долине послышались отрывистые выкрики — армия гномов пришла в движение. Земля под ногами загрохотала, послышался лязг обнаженных клинков.
— Держите ворота! — услышал сквозь шум Хару.
Со сторожевых башен у входа в ущелья со свистом полетели первые арбалетные стрелы.
За стеной заржали кони, зарычали орки, над поляной поднялся ледяной ветер.
Ворота содрогнулись, заскрипели под натиском осаждающих. Битва началась.
— Пора, уходим! — скрипучим голосом поторопил проводник.
Хару отвернулся от долины и шагнул под своды тоннеля. Здесь звуки битвы были слышны совсем тихо, приглушенно. От резких ударов с потолка сыпалась земля, свод дрожал. Хару испугался, что тоннель вот-вот рухнет и погребет их навеки под земляной лавиной, но этого не произошло.
Ведьмак карабкался вверх по осыпающемуся тоннелю, хватаясь для опоры за камни, чудом устоявшие в рыхлой почве. На руках выступили кровавые капли, но иначе по отвесному ходу пробраться было невозможно.
В горах наступила ночная прохлада. В чаще леса ухала сова, выли волки, приветствуя круглую луну. Проводник молча двинулся через лес по неприметной тропинке, спускавшейся все ниже к подножию гор. Шум битвы отдалялся и вскоре совсем затих.
До рассвета отряд шел без остановок. Взошедшее солнце высветлило горизонт, на котором ярким контрастом выделялись клубы черного дыма, поднимающегося со стороны Иритурна.
Путники были погружены в тягостное молчание.
Моран все время прислушивался к колебаниям земли. Из раза в раз его реакция не менялась — он удрученно качал головой. Аскарон шел по пятам. Хару догадывался, что его многочисленная армия дорого поплатилась за нанесенный Иритурну ущерб. Впрочем, вряд ли это сильно беспокоило Темного Всадника. Судя по тому, как он спешит, его интересует только Эллемерит. И кто же идет его остановить? Небольшой отряд храбрецов и заносчивые драконы, которые издревле прислушивались только к собственному мнению.
Когда солнце взмыло над пиками гор, проводник объявил привал. Путники разделили между собой запасы вяленого мяса и решили ограничиться хлебными лепешками. От печеной картошки пришлось отказаться, так как подобной роскоши, как костер, время путникам предоставить не могло.
К полудню отряд продолжил путь. Скалы кругом стали ниже, местность сменяла обличие на леса. Дорога все больше зарастала травой, а узкие горные тропы сменялись широкими пыльными дорогами. Впереди открылся высокий сосновый лес. Следующий привал отряд сделал вечером на опушке леса под самыми первыми деревьями. Друзья разожгли костер и принялись за еду. Внезапно Моран вскочил и, приставив ладонь ко лбу, произнес:
— Что за дьявольский шум?
Спустя минуту Моран закричал во все горло:
— О, Хранители! Что я вижу? Что это за сооружение?!
