- О, даже если я и останусь всего лишь гостем в этом доме, этот ребенок все равно останется вашим внуком, а отказ от него будет лежать всецело на вашей совести, не на моей!
- А кто вообще сказал, что это мой внук? Как я могу быть в этом уверен?
В этот момент даже Бертон оторвался от чтения и бросил на омегу заинтересованный взгляд. Хекон же, испуганно посмотрел на Арона, который побагровел от гнева и до хруста сжал в руках свою чашку, грозя ее сломать. Дэй же просто был в состоянии шока, не веря в то, что услышал только что. Он мог стерпеть нападки в свой адрес, с трудом мог перенести нападки в сторону Арона, но когда Арин посмел задеть его малыша, омега как с цепи сорвался. Он и не заметил, как резко встал на ноги и оперся руками о стол. Теперь Дэй понимал, что имел ввиду Арон, говоря о своем отце.
- Значит, если моя семья не была богатой и образцовой и, если мне нравится украшать свое тело пирсингом, то я автоматически становлюсь недостойным членом общества и, уж простите мне это выражение, шлюхой, это так получается?! – На повышенных тонах закончил он, не замечая ничего вокруг. – А мой сын – просто ошибка, которую я совершил с каким-нибудь татуированным пьяным мужиком в подпольном баре, и которую я хочу спрятать, совратив вашего богатого сыночка? Хватит с меня этих намеков, давайте говорить как есть.
- Не понимаю, о чем вы? – Арин улыбнулся, видя, до какого состояния ему удалось довести Дэя. – Я бы никогда не позволил себе таких откровенных высказываний, я же не плебей...
- Ах, значит я еще и плебей?!
Чувствуя, что скоро омеги начнут запускать в друг друга посуду, Арон незаметно пнул брата под столом и подмигнул ему. Хэкон не сразу понял его намерений, но в следующий момент, когда тот расстегнул пуговицы рубашки и оголил кожу, на которой красовалась татуировка, Хэкон моментально отреагировал.
- Ого, ты сделал себе татуировку? – громко воскликнул он и в этот момент оба омеги повернули голову в сторону братьев и, как не странно, у обоих был испуганный взгляд. – А больно на шее делать, там же кожа нежная совсем?
- Что ты сделал?! – завопил омега и бросился к сыну. Подойдя к Арону, Арин взял со стола салфетку и попробовал оттереть краешек татуировки, но краска уже надежно зафиксировалась на коже и никуда не собиралась деваться. Осознав весь масштаб ситуации, омега бросил на стол ненужную салфетку и громко завопил: – Ты... ты зачем это сделал?! Как это понимать?
- Это было мое решение, о котором я нисколько не жалею, - спокойно ответил Арон, глядя в глаза папе, который был готов взорваться от гнева.
- Не жалеешь?! Да ты теперь на какого-нибудь преступника похож с этой татуировкой! А если тебе занесли какую-нибудь заразу или еще чего, ты об этом хотя бы думал? А если у тебя будет реакция на чернила и начнется воспаление или... или рак кожи?
- О чем вы говорите? – начал было Дэй, но его перебили.
- Он!!! – Арин указал пальцем на опешившего омегу. Дэй даже попятился, испугавшись резкости мужчины. – Это он тебя подбил ее сделать, я прав? Скажи, что это он!
- Да никто меня не... - возмутился Арон и хотел было продолжить, но в этот момент отец семейства отложил в сторону газету и встал на ноги. Все разом смолкли, даже разъяренный папа, и выжидающе посмотрели на мужчину. Поставив на место стул, он обвел взглядом присутствующих и коротко произнес:
- Спасибо за трапезу, - альфа кивнул и направился к двери, где его остановил Арин.
- Дорогой, - тут же встрепенулся омега, - наш мальчик сделал татуировку, а ты даже не скажешь ничего? Посмотри на это убожество, это... это же не приемлемо! Скажи же хоть что-то! Неужели только мне важно благополучие наших детей.
Дэй с интересом перевел взгляд на Бертона и стал ждать ответной реакции мужчины. Тот остановился, глубоко вздохнул и неспешно подошел к супругу и кинул суровый взгляд на Арона. Альфа притих, выжидающе глядя на родителя, а Дэй совсем растерялся. Не смотря на свой высокий рост и довольно массивное телосложение, Бертон производил впечатление спокойного и рассудительного человека, которого было трудно втянуть в конфликт. Рядом с нервным и истеричным Арином он выглядел втройне флегматичнее, а потому Дэй совсем не удивился, когда отец семейства незаметно улыбнулся уголками рта.
- Очень красивая татуировка, - спокойно сказал он после коротких размышлений. – Не забивай себе голову, у нас прекрасные дети, которые знают, что делают.
- Но... - начал было Арин, но альфа наклонил голову и нежно поцеловал висок разом притихшего супруга.
- Тебе стоит беречь свои нервы, нет в этом ничего страшного. Если с детьми закончили, мне пора заняться делами, - с этими словами он кивнул остальным и неспешно направился к выходу.
