Германия поставляла нам станки, оборудование, учила наших специалистов. А заодно сохраняла свой технический и военный потенциал. Это было выгодно обеим сторонам, и вопросы идеологии имели второстепенное значение.
Но после прихода к власти Гитлера эти отношения стали постепенно сокращаться.[56] Вообще-то, первые инициативы Гитлера отнюдь не были агрессивными. На заседаниях Лиги наций Германия выступала с мирными инициативами, с предложениями по сокращению вооружений в Европе и осуждала действия Японии в Китае. Но это не устроило Францию, и Германия вышла из Лиги наций, при этом громко хлопнув дверью и отозвав представителя с Женевских переговоров по разоружению.[57]
В приложении I к книге Т. Тулейи и Д. Вудворта «Сумерки морских богов» это было прокомментировано так:
«Пикантность ситуации заключалась в том, что германские представители прямо повторяли некоторые речи Клемансо и Ллойд-Джорджа. Во время войны и в ходе Парижской конференции эти политики любили поговорить о будущем Европы, освобождённой от гнёта гонки вооружений, вызванной прусским милитаризмом. Собственно, создавая Лигу наций, лидеры победоносного Запада обещали народам общеевропейское разоружение. В оправдание Клемансо можно заметить, что он, насколько можно судить, собирался выполнить это обещание. Во всяком случае, отказ французского правительства от своих обязательств по ограничению вооружений отставной Клемансо прокомментировал КРАЙНЕ РЕЗКО. „Тигр Франции“ справедливо заметил, что, НАРУШИВ ДАНОЕ ЕЙ СЛОВО, Третья Республика собственными руками перечеркнула выгодный для неё Парижский договор и ОТКРЫЛА ДОРОГУ НОВОЙ ВОЙНЕ.»[58] (крупный шрифт мой – А. З.)
Месяц спустя в Женеве получили меморандум из Берлина, в котором говорилось, что Германия не видит необходимости в политике разоружения, а посему увеличивает армию и военные расходы на 90 %. На лицо было грубейшее нарушение статей Версальского договора, но никакой реакции со стороны Англии и Франции не последовало.
26 января 1934 года Германия и Польша заключают договор о ненападении. Союз Франции и Польши разрушен.
16 марта 1935 года Гитлер сделал заявление о том, что Германия вводит воинскую повинность, начинает строительство военной авиации и увеличивает армию МИРНОГО ВРЕМЕНИ до 300 тыс. человек в 36 дивизиях. Англия благодушно молчит, мало того «16 марта я был приглашён на вечернюю беседу к английскому военному атташе. Незадолго до моего ухода из дома радио передало правительственное сообщение о введении вновь всеобщей воинской повинности в Германии. Беседа, которую я вёл в тот вечер с английским атташе и присутствовавшим моим знакомым офицером из Швеции, была чрезвычайно оживлённой. Оба эти офицера ВЫРАЗИЛИ ПОЛНОЕ ПОНИМАНИЕ, когда я сказал, что немецкая армия с удовлетворением встретила радостную весть о введении всеобщей воинской повинности.»[59] (Крупный шрифт мой – А. З.)
Вот так, читатель. В переводе с дипломатического на русский язык фраза «встретила полное понимание» означает одобрение действий. И причём здесь Сталин? Как он повлиял на английское правительство, что оно пошло на такие шаги? Именно Англия дала добро на восстановление военной мощи Германии. А вот про участие СССР в этих делах речи у Гудериана вообще не идёт. Мало того «Мы остановили свой выбор на учебном танке, смонтированном на шасси Карден-Ллойда, закупленных в Англии и предназначавшимся для установки зенитной пушки»[60]
Вот живой пример. Англия поставляла в Германию военное оборудование в начале 1930-х годов. А сколько танков продал СССР Германии? Или сколько самолётов?
Франция быстро убедилась в том, что в случае конфликта она останется без поддержки Англии, а память о Седане была ещё слишком свежа. И откровенные нарушения Версальского договора остались безнаказанными. Вот только остаётся неясным, а где здесь роль СССР? Его-то как раз никто и не спрашивал!
В апреле 1935 года на англо-франко-итальянской конференции Франция потребовала введения санкций против Германии, но все её инициативы в очередной раз были заблокированы англичанами.[61]
