18 июня Англия и Германия, в обход Версальского договора, плюнув на Францию,[62] подписали морское соглашение.[63]
В декабре 1938 года во время совещания в Берлине английский адмирал Каннингем[64] был проинформирован, что в связи с ростом русского подводного флота немцы считают возможным в любой момент отказаться от ограничений на численность своих подводных лодок. Англия молча глотает пилюлю, сверх того, они дали разрешение на постройку ещё двух тяжёлых крейсеров!!! Владимир Богданович, расскажите, пожалуйста, как Сталину удалось такое провернуть? Руками англичан поднимать германскую военную мощь?
1938 год – Мюнхенский позор, иначе назвать это сложно. Англия отдаёт в жадные лапы Гитлера Судетскую область Чехословакии.[65] В разделе спешно приняли участие также Польша[66] и Венгрия.
В марте 1939 года Германия поглощает остатки Чехословакии.
27 апреля 1939 года Германия расторгает англо-германское морское соглашение. Реакция со стороны стран Запада по-прежнему нулевая.
28 апреля Германия денонсирует договор о ненападении с Польшей.
1 сентября Германия напала на Польшу. Англия и Франция выдвигают ультиматум. 3 сентября срок его истекает. Началась Вторая мировая война.
Я коротко обрисовал цепь событий от 1933 года и до 1 сентября 1939 года. Совместно с событиями, описанными в предшествующей главе, становится ясно, что вина СССР в начале войны весьма мала по сравнению с виной Франции и, в особенности, Англии. Не СССР должен был следить за разоружением Германии, а Франция и Англия. Не СССР допустил восстановления германской армии. Не СССР пустил фашистские войска в Рейнскую область.[67] Не СССР дал Германии право на восстановление океанского флота. Не СССР продавал образцы военной техники Германии, а Англия.
Вина за «выкармливание» Гитлера всецело лежит на Европе. Факты – вещь упрямая и никакая словесная казуистика здесь не сможет помочь.
Даже если вина коммунистов в провале парламентских выборов 1933 года будет документально доказана, то и в этом случае их вина будет очень незначительной по сравнению с последствиями политики «умиротворения», проводимой ведущими странами Европы в 1936–1939 г.г.
Английская армия – это лишь снаряд, выпускаемый английским флотом
«Кремлёвские историки нашли универсальный способ доказывать сталинскую неготовность к войне. Любое количество дивизий и корпусов, оружия и боевой техники они объявляют недостаточным. У Сталина было 300 дивизий? Мало! Надо было иметь 400. У Сталина миллион подготовленных парашютистов? Мало! Надо было подготовить два миллиона. Метод беспроигрышный. Если бы у Сталина было 400 дивизий, они бы сказали, что 500 лучше, чем 400. А было бы 500, сказали бы, что 600 всё равно лучше. Этот же метод распространяется на любые характеристики вооружения: 100-мм броня на советских танках KB? Мало, мало, мало.»[68]
Что-то я не видел кремлёвских историков, которые бы кричали о том, что у нас было мало войск. Может, неправильно смотрел? Всё может быть. Но речь не о том.
Речь о том, что Резун в очередной раз проявил себя, мягко говоря, не сильно разбирающимся в военном деле человеком.
В чём это выражается? А хотя бы в том, что он никак не хочет понять, что вооружённые силы государства – это не только танки, пушки и самолёты. Каждая страна развивает тот тип вооружённых сил, который наиболее соответствует её географическому и политическому положению. Для России, как и для СССР, традиционным было создание мощных сухопутных сил, при этому флоту отводилась второстепенная роль.
Крича об огромных массах войск в СССР, не следует забывать, что это в значительной мере диктовалось столь же огромными территориями Советского Союза, а также наличием не менее огромной протяжённой сухопутной границы. Смеха ради, можно разделить количество войск в СССР на его территорию и получить усреднённую плотность войск в пределах страны. И сравнить этот показатель, например, с Англией.
Хорошо, скажут резунисты, СССР создал мощную армию. А с какой целью? Конечно, устроить всеевропейскую революцию! А зачем же ещё? Их не особо будут интересовать слова о растущем напряжении в Европе и о том, что рост численности армий всегда являлся реакцией на политические кризисы.
