— Стивенсона! — подсказал Савелий.
— Возможно, — ответил капитан, и они промочили горло.
— А этот Рома-Немет… он мог вернуться после репетиции, а перед этим снять слепки с ключей, — не успокаивался Савелий.
— Снять слепки он мог. Любой из них мог, вся гоп-компания… то есть весь клуб — ключи висят на виду, а насчет вернуться… По его словам, они отправились в мастерскую рисовать декорации и пробыли там до половины первого, потом проводили домой лису Алису, то есть Татьяну Соболеву, которая играет лису Алису, постояли около ее дома, сговариваясь пойти на другой день, в субботу, на Магистерское озеро. Разошлись окончательно в начале второго.
— Они были на озере?
— Были. Все, кроме Ирины. Так что у Ромы-Немета есть алиби… почти.
— То, что он знаком с Малко, подрался с ним, был в канцелярии в пятницу… это выглядит очень подозрительно!
— Это действительно выглядит подозрительно, но в жизни всякое бывает, друг мой Савелий, — сказал Федор. — А где он был во время убийства Бурого?
— Дома, один. Мать в отъезде.
— Плохо. Я бы поговорил со всеми спикерами, спросил насчет машины. Возможно, она стояла в кустах, возможно, они слышали шум мотора… как-то так. Насколько я помню, к канцелярии можно проехать со стороны реки. Машине незачем ехать вечером в парк, если только на ней не привезли жертву.
— Ежу понятно.
— А этот Эмилий, ему же легче всех с подвалом, — заметил Савелий.
— Вот насчет Эмилия я тебе скажу так, Савелий: ему алиби не нужно.
— Почему?
— По кочану. Не нужно, и все. Тем более алиби у него все равно нет — он живет один.
Федор хмыкнул.
— Послушайте, я вот что подумал… — запинаясь, начал Савелий. — Я подумал…
— Не томи, Савелий, излагай. Ну?
— Я подумал вот что… Во многих криминальных романах убийцы-маньяки выдумывают всякие головоломные убийства, вроде как тягаются с полицией — мол, я умнее, не поймаете, я вам всем покажу! Авторские убийства, так сказать, для души, а не ради выгоды. То есть я хочу сказать, эти убийства не связаны, не мотивированы, и жертвы — случайные люди. Понимаете?
— Это в криминальных романах и сериалах, Савелий, для развлечения читателей и коммерции, а в жизни, как правило, присутствует мотив, — назидательно произнес Федор. — Убивать без мотива, ради любви к искусству, трудоемко и накладно. Немотивированные убийства, конечно, случаются — под действием наркотиков, алкоголя, в драке; опять-таки маньяки… Но я не представляю себе, чтобы убийца-маньяк хладнокровно, с учетом всех деталей, не оставляя следов, совершал абсолютно немотивированные убийства по заранее разработанному плану. И никакого сексуального насилия, никаких следов. Не представляю. Это не маньяк, это мастер! Художник. Или мститель. А посему мотив есть, просто нам он пока неизвестен. Хотя… — Федор поднял указательный палец. — Хотя допускаю, что в предположении Савелия есть рациональное зерно. Жизнь, знаете ли, часто удивляет своим креативом и преподносит те еще сюрпризы.
— То есть вы считаете, что художества будут продолжаться? — подвел итог капитан и посмотрел на Савелия. Тот ответил ему скорбным кивком. Капитан перевел взгляд на Федора. Федор был строг и печален.
— Идите к черту! — в сердцах воскликнул капитан Астахов и потянулся за бутылкой. — Оба.
— Я бы выяснил, где были проданы найденные часы, — сказал Федор. — Возможно, его запомнили или он расплатился карточкой.
— Если он покупал их здесь… — пробормотал Савелий.
— Выясняем, сами не дураки. Может, хватит? Савелий, скажи тост! Только без философии — четко и ясно. И промочим горло.
— За все хорошее! — недолго думая, брякнул Савелий. Капитан одобрительно показал большой палец, и они выпили.
Они сидели в парке, в кустах, на скамейках, сдвинутых вместе предприимчивыми тинейджерами или алкашами. После рабочего дня, прибежавшие по сигналу тревоги. Клуб «Спикеры».
Лиса Алиса, кот Базилио, «Тилипаха» Тортила, Буратинка, Дуремар, Арлекин, Эмилий Иванович и Тяпа…
Не пришли две куклы, не пришел Костя Фото-Мэтр, не пришел печальный Пьеро, не пришел Карабас-Барабас…
Не пришла Мальвина: позвонила вся в слезах — мама заперла и не пускает. С опозданием прибежал художник по свету Кирюша — Свет очей…
Ирина сидела молча, вздыхала после выволочки от директора за… за все! А ведь он говорил, он предупреждал, он призывал… Журнальчики, понимаешь, сомнительные, летят как на мед всякие… богема! Клуб «Спикеры»… надо же! Одни проблемы и головная боль.
Сегодня вернулись мама и Глебушка, она встретила их на вокзале. Глебушка побудет пока у мамы, до первого сентября, а потом Ирина заберет его домой. Начнется школа, и жизнь войдет в свою колею…
Друзья познаются в беде, говорят. Клуб «Спикеры» явился в полном составе… Почти в полном, увы. Стон и плач стояли в поредевших рядах спикеров. Клуб «Спикеры» на глазах превращался в тонущий «Титаник».
— Брехня! Не верю! — сказала Буратинка. — Папа Карло не мог никого замочить!
— Не верю! — воскликнула лиса Алиса.
— Муть! — поддержал ее кот Базилио. — Херня! Не верю.
«Не верю» звучало как клятва. Не верю! Наш папа Карло не мог!
