— Ну, может, пересеклись где-нибудь, город небольшой, все на виду.
— Так встречались или нет?
— Господи, чего вы от меня хотите! — Она закрыла лицо руками и зарыдала. — Не встречалась! Я их вообще не видела! Господи! Да я чуть крышей не поехала, когда узнала! Она мне каждую ночь снилась, может, из-за нее я пить стала! — Она отняла руки от красного заплаканного лица. — Откуда я знала, что так будет!
— Что произошло десятого августа?
— Да не знаю я! Спросите у нее! Я и на допросе говорила, что ничего не знаю. Нечего меня таскать, я так и сказала: спросите у нее, с кем она была!
— Капитан, вызывай группу. А вы одевайтесь.
— Подождите! — Она умоляюще смотрела на них. — А что мне будет, если я скажу?
— Это смягчит вашу вину. Говорите!
— Она как прилипла ко мне в тот вечер, я и так, и этак, а она вцепилась… Ну, мы и пошли на дискотеку, встретили там Малко. Поехали к нему. Потом она сказала, что ей пора домой, и он пошел нас провожать.
— Вы показали, что ушли от него одна, — заметил Федор.
— Ну да… показала. На самом деле мы ушли вместе. На площади я увидела знакомого и ушла с ним, а она осталась с Вовиком… с Малко. Больше ничего не знаю! Честное слово! У меня алиби! Меня сто раз допрашивали, я была с ним!
— Как фамилия знакомого?
— Его звали Павлик, фамилии не знаю. Честное слово!
— Правду! — сказал капитан страшным голосом. — Хорош вилять! Кого вы встретили на площади? Кроме Павлика.
Женщина зарыдала с новыми силами.
Федор и капитан ждали.
— Около нас остановилась машина Бурого, с ним был Болотник, они дружили… — сказала она наконец. — Бурый был чемпион области, его все знали. А у Болотника батяня козырный был… Он Толику ни в чем не отказывал.
— Что было дальше?
— Я не знаю! Честное слово! Я ушла! Вова Малко сказал, что они проводят ее сами. Если бы я только знала… Но я ничего не знала! Клянусь! А потом меня вызвали на допрос… Я чуть не… — Она осеклась.
— Сколько вам дали за молчание? — спросил Федор.
Она перестала рыдать и бессмысленно смотрела на них.
— Ну! — рявкнул капитан.
— Тысячу долларов, — выдавила она из себя. — Я не хотела, но они пришли и… — Она замолчала.
— Кто?
— Отец Болотника и еще один, Руня, бандюк. Старый Болотник сказал, что нас всех могут посадить на десять лет, если я скажу. И дал деньги. Я не хотела, но Руня пригрозил… Он сказал, открою хлебало, не жить мне. Ему зарезать человека — раз плюнуть. Его потом убили в драке. Господи, я же не знала, что так получится! Хорошие ребята, Витя Бурый — спортсмен, чемпион области, Толя Болотник учился на юридическом… Вовик Малко пришел и сказал, что она в больнице, едва живая… Я чуть не окочурилась со страху! А что я могла против них? Я боялась! Мы люди маленькие… — Она переводила взгляд с Федора на капитана, кривила рот и шмыгала носом.
— Они не боялись, что жертва расскажет, как все было на самом деле?
— Боялись, наверное, но Малко сказал, что у нее типа крыша поехала, вроде как не в себе и молчит все время. Я боялась, что Руня ее замочит. А Малко сказал, главное — не говорить про ребят… У Болотника и Бурого такие ребята в дружках ходили, страшно подумать! Один Руня — отморозок еще тот! Ему ничего не стоило подрезать или изуродовать!
Она плакала. Лицо ее покраснело и на глазах отекло. Перед ними сидела потрепанная, рано постаревшая женщина в расхристанном халатике, с жесткой, вытравленной красителями гривой…
Федор и капитан переглянулись.
— Раиса, у вас много знакомых, как вы сказали, — начал Федор. — Подумайте и скажите, кто крутился около вас в последнее время. Например, за последнюю неделю. Кто-то не из нашего города, приезжий. Вы же не отказываетесь… сшить жилетку иногородним клиентам, не так ли? — Он не сумел удержаться от сарказма.
Она отвела глаза, по ее лицу пробежала тень, и чуткий капитан спросил:
— Кто?
Она пожала плечами.
— Ну, был один, познакомились в «Английском клубе». Я зашла поужинать, а он подсел. Говорит, впервые у нас в городе… все такое, ляля-тополя! Можно меня проводить, комплименты говорил…
Капитан подумал, что ужин в «Английском клубе» стоит половину его месячной зарплаты.
— Как его зовут?
— Андрей. Фамилию не знаю.
— Вы поужинали, что было потом?
— Он рассказывал всякие смешные байки, нормальный мужчина. Я пригласила его к себе на кофе, он согласился. Мы и поехали…
— К вам?
— Ко мне.
— Что было дальше?
— Ничего не было! Выпили кофе, и он свалил.
— Правду! — потребовал капитан.
— Честное слово свалил! Слышу, дверь хлопнула, побежала в прихожую, а он свалил!
— Как по-вашему, почему он не остался?
— Да кто вас, мужиков, разберет! — закричала она. — То набивался, за ужин заплатил, а как до дела, так свалил. Не знаю, почему не остался.
Она уже перестала плакать, поправила волосы, запахнула полы халатика. Попыталась улыбнуться, рассудив, что самое страшное позади.
— Как он выглядит?
— Ну, здоровый такой, накачанный, в темных очках…
Федор и капитан переглянулись.
— Он их снимал? Очки?
— Нет вроде. Я еще пошутила — солнца, говорю, нет, а ты в очках.
— Что он ответил?
