В моем календаре не было государственных дел, которые могли бы вынудить меня к такому шагу. Впрочем, если мы собираемся пожениться в мае, нам скоро надо будет подавать заявление. Я слышала, что май пользуется у будущих новобрачных особой популярностью. Но конец месяца наверняка еще свободен. В конце мая мой день рождения — чем не аргумент! Я заглянула в календарь: к сожалению, в этом году день рождения приходился на воскресенье, когда нужный мне отдел муниципалитета закрыт. На следующий день после дня рождения было бы тоже неплохо. Только как сказать об этом Бенедикту?
«Хотел бы ты стать моим мужем?»
«Могу ли я просить твоей руки?»
Это не годится, женщина такого не делает. Тот, кто утверждает, что женщины сегодня делают все, забыл, что они не могут делать предложение. Какая глупость: можно сказать «нет» сотне неподходящих мужчин, но нельзя самой спросить ответа у единственного и необходимого.
«Интересно, как это проделывает Лиз Тейлор?» — спросила я себя и перелистала все журналы в поисках ответа. Но так и не нашла.
32
Вечером — это было уже начало шестого — опять позвонила Катарина.
— Это я, мать Лары-Джой, — начала она так же, как вчера. — Ты могла бы зайти? Это срочно.
Была пятница, и Бенедикт приходил с волейбольной тренировки не раньше десяти. Этого я, впрочем, Катарине не сказала.
— Я могу прийти в любое время. — Даже кстати, что она позвонила так поздно. Из-за Норы! С тех пор как Бенедикт стал ходить на волейбол, Нора по пятницам ужинала у Мерседес, но всегда возвращалась домой раньше сына, будто боясь, что ее мальчик вернется в холодное пустое гнездо. И каждый раз, вернувшись, она спрашивала меня: «Бенедикт уже дома?» Неплохо, если хоть раз Бенедикт спросит Нору, дома ли я.
Дверь в квартиру Катарины была открыта.
— Входи! — крикнула она. — Это очень срочно! — Сама Катарина восседала на унитазе. — Лара-Джой сегодня так разошлась, что у меня за целый день не было ни минуты, чтобы сходить в туалет. Матерям вечно приходится отодвигать свои потребности на второй план. А теперь я выпила слабительное, потому что у меня жуткий запор.
Я стояла возле отсутствующей двери в туалет, спиной к Катарине, чтобы не видеть ее.
— Где Лара-Джой?
— У телевизора.
Лара-Джой сидела на кровати перед телевизором и ела печенье. Показывали «Улицу Сезам», и один из персонажей — крошечное чудовище — пело песенки о печенье. Лара-Джой улыбнулась мне и протянула шоколадное печенье.
— Кого ты больше всего любишь на улице Сезам? — спросила я.
— Больше всего я люблю сначала маму, а потом крошечное чудовище. — Она засмеялась, и я вместе с ней.
Когда Катарина опять начала издавать специфические звуки, я прибавила громкость телевизора. Примерно через полчаса — Катарина все еще сидела в туалете — я приглушила звук и крикнула ей:
— Кстати, почему ты не вышла замуж?
— Пока я была беременна, прохиндей говорил, что я шантажирую его ребенком, чтобы выйти за него замуж. А он не позволит себя шантажировать. После родов он упрекал меня, что я забочусь только о Ларе-Джой, а он больше ничего для меня не значит. — Наконец зажурчала спускаемая вода. Но Катарина не появилась. Она крикнула: — Если бы я делала все в угоду этому эгоисту, мне пришлось бы пестовать только его, а Лара-Джой была бы заброшена!
— Тебе хватает денег, которые ты получаешь от него?
— Я от него и пфеннига не возьму! Мне хватает тех денег, которыми накачивают меня мои родители, чтобы усыпить свою совесть. Они хотят сейчас компенсировать то, что никогда не находили для меня времени. Они актеры, но моя мать никогда не бралась за роль матери.
— И как ты представляешь себе ваше будущее?
Она опять спустила воду.
— Мое положение куда лучше, чем у той кастрированной карьеристки, на которой женился говнюк. У нее есть только он, а у меня — Лара-Джой. Ребенок остается у тебя навсегда. Мужчины же сбегают, когда им заблагорассудится.
Я задумалась.
Катарина наконец-то вернулась из туалета.
— Ну и процедура! Когда одна воспитываешь ребенка, нет времени даже покакать. В Америке заставляют платить штраф, если оставишь без присмотра ребенка младше шести лет. И только в нашем обществе, враждебно относящемся к детям, это разрешено. — Она уселась рядом с Ларой-Джой на кровать и стала пристально на нее смотреть.
— Я еще тебе нужна? — Что мне тут делать, смотреть на Лару-Джой с другого бока?
— Может случиться, что ты мне позже опять понадобишься. Слабительное не до конца подействовало. Иногда процесс пищеварения длится дольше, чем роды. Лару-Джой я родила быстро. От первых схваток до самого конца всего четыре часа шестнадцать минут. У некоторых женщин это длится гораздо дольше.
У меня не было охоты и дальше выслушивать подробности ее родов.
— Я еще не ужинала, — сказала я и поднялась. — Позвони мне снова, если я понадоблюсь.
— На уик-энд мы поедем в дом отдыха к моей матери, а на следующей неделе до вторника будем в доме моего отца. Дать тебе деньги сейчас?
