Это не побег с тонущего корабля, как можно было бы подумать. Просто когда придет время открытия мира, нам потребуется информация о внешнем мире, чтобы не тыкаться слепыми котятами, вот демонесса ее и предоставит, благо, что у нее есть, как говорит Кирьиил, запасной аэродром.
Астрал Даронара вновь сотрясло, и казалось, он пошел трещинами и «посыпалась штукатурка». Еще один такой удар, и Трасскор проломит его и ворвется к нам, после чего возьмет нас всех тепленькими. Оказать ему сопротивление мы не сможем.
– Поехали, – скомандовала я, и все мы направили остатки энергии, оставшейся после возрождения мужа и взятой с «мобов», на второй ритуал.
Благо, что маны на данный ритуал не так уж много и требовалось. Это как камешек, что провоцирует сход лавины. А вот остановить эту лавину или ликвидировать ее, вот тут энергии потребуется просто гигантское количество…
По астральной сфере Даронара побежала застывающая рябь…
– Началось…
Стало как-то сумрачнее, словно прозрачное стекло за считанные мгновения занесло толстым слоем пыли.
– Вот и все… Мир закрыт.
Мы без сил попадали, где стояли.
Трасскор ударил еще раз, но поздно, астрал Даронара замкнулся в кокон, и пробить его стало очень непросто. Даже невозможно.
Мир теперь могут открыть только те, кто его закрыл, или специальным ритуалом снаружи. Но столько сил у него сейчас нет, и в ближайшем будущем, лет эдак на двести-триста… тысяч, не предвидится.
Как же это непросто, а тем паче опасно быть богами… теперь понятно, почему Кирьиил так не хотел им становиться.
Ох-х… как же мне паршиво… Просто неимоверно, аж снова сдохнуть хочется. Нет, не так же, как с большого перепоя паленым спиртным или неочищенным первачом на медвежьем навозе и картофельных очистках…
Скорее как после хорошего отметеливания бандой гопников в темной подворотне. Болит все. Вот буквально все, каждая клеточка моего тела изнывает от страдания. Даже мозг болит, а он, как утверждает медицина, болеть не может.
Давно мне не было так погано. Даже припомнить не могу, да и не хочу.
Собственно, именно это со мной и приключилось. В смысле, что меня хорошо избили. Сначала Трасскор отметелил, потом Камерол в Великом Ничто добавил от души моей душе. Чуть не развеял, сволочь, но в последний момент меня выдернули, и самого худшего удалось избежать.
Ну, это, собственно, как водится… все в последний момент, на последних секундах таймера. Что поделать, таков непреложный закон жанра, сами понимать должны. Кто-то убегает, его догоняют, я уже молчу про отключение таймеров бомб… Я ведь обыкновенный попаданец, а значит, у меня все как у всех.
Я более внимательно прислушался к своим ощущениям именно тела, а не души, которая, собственно, и страдала от нанесенных ей увечий, проецируя боль на новое физическое тело. Да-да, именно физическое тело. Боги, оказывается, возрождаются именно в тварном виде. Теперь понятно, почему одни боги не возрождают других, чтобы разобрать на органы. Потому как бессмысленно. Да, тело не совсем простое, но и не то, что нужно. Артефактов не получить, или получить, но сила их ничтожна по сравнению с затратами.
Выращивать возрожденного, как свинку на убой? Выделять ему часть своей паствы? В теории можно… только очень осторожно. Сбежит такая свинка – не удержишь. Да еще и пакость какую на последок отчебучит, что называется, «подложит свинью», да такую, мирового масштаба, что сто раз пожалеешь о затее с возрождением.
Хм-м… но вернемся ко мне. Я уже почти отвык от смертного тела, хотя времени с момента моего обожествления прошло всего-ничего, даже по меркам смертных, поколение смениться не успело. Но что поделать, к хорошему привыкаешь быстро. И вот теперь я снова в теле смертного, точнее, обладаю смертным телом (все же я не вселенец какой, занимающий чужую оболочку). Даже не рассар… то есть я сейчас совсем слабак. Чувствую себя так, будто надел костюм на размер меньше, да еще плохо сшитый. Все как-то давит, сковано, неудобно, мироощущение вновь ограничено лишь пятью чувствами… И ничего в ближайшее время не изменить ибо слаб я стал да немощен.
Умирал я все-таки, а это даже для бога не шутка. Энергетическая сущность до предела истощена. Убить меня сейчас – плевое дело. Хоть простым кухонным ножом. Ну не совсем простым, а зачарованным, да из материала редкого изготовленным, но все равно сделать это на порядки легче, чем раньше.
Притока маны веры нет… Да и откуда она возьмется, если все алтари в посвященных мне храмах в момент моей смерти разрушились? Теперь придется очень сильно постараться, выворачиваясь мехом внутрь, чтобы быстро вернуть паству и набраться сил, дабы вновь избавиться от смертной оболочки и перейти на энергетический способ существования. Очень уж я уязвим в данном состоянии. А враги, надо полагать, не дремлют, зашлют еще киллера…
