Мужчина осторожно уложил меня на спину, нависнув сверху. Мы оба смеялись, неожиданно счастливые и свободные. Постепенно смех стих и возбуждение сново накрыло нас.
Легкие приглашающие поцелуи сменились исступленными. Я обхватила его бедра ногами, потираясь влажными складочками о внушительный член. На самом деле, я не до конца понимала насколько он большой, пока сид не сдался жестокой потребности и не начал осторожно толкаться в меня.
После первой и единственной в моей жизни близости уже прошло довольно много времени. Одурманенная ударной дозой фейских Чар, я помнила те события нечетко. Сам момент проникновения запечатлелся ощущениями распирающей наполненности, потребностью большего и болью, густо замешанной на удовольствии.
Сейчас все было иначе. Я знала, что навсегда, в мельчайших подробностях запомню этот момент. Как играют блики теплого света на смуглых плечах сида, как перекатываются при движениях крупные мышцы, как Безымянный смотрит на меня, больше не скрывая своей яростной, неудержимой потребности владеть. Как не таит своей уязвимости, порожденной данной нуждой. Словно мы соединялись не только телами, но и каким-то иными, гораздо более тонкими оболочками.
— Подожди, — выдохнула я, когда медленными толчками он вошел лишь наполовину.
Голова туманилась от ощущений. В груди не хватало воздуха и я делала отрывистые длинные вдохи, сжимаясь вокруг мужской плоти тугим влажным коконом. Мне вторило хриплое дыхание сида. Я разомкнула отяжелевшие веки и посмотрела на своего любовника. Мелкие капельки пота покрывала его виски, а знакомое колдовское сияние повторяло контуры наших сплетенных тел.
— Наверное, ты… Слишком большой для меня… — сказала я, опасаясь его размера и при этом испытывая иррациональную потребность получить всё до самого последнего сантиметра.
Безымянный замер и тяжело сглотнул. Было видно, с каким трудом он удерживает себя от решительного рывка.
Вместо ответа феец взял мою руку и положил её так, чтобы ощущалось место нашего соединения. Я приподнялась, чтобы это увидеть, и замерла, потрясенная открывшейся картиной. Поощряя мой интерес, сид полностью вышел из меня, и я облизала вмиг пересохшие губы, впервые имея возможность разглядеть его так близко.
Крупная, потемневшая от притока крови головка переходила в более светлый, увитый венами массивный ствол, который, к тому же, немного расширялся у самого основания. Я не очень понимала, как этот монстр мог бы поместиться в меня, но само по себе зрелище оказалось столь великолепным, что я не удержалась и, обхватив член пальцами, направила его в себя, в самый центр убивающей меня пустоты.
Выдержка Безымянного закончилась. Его хватило лишь на пару-тройку осторожных поступательных движений, а затем он, то ли со стоном, то ли с рыком, навалился на меня и одним резким толчком вошел на всю впечатляющую длину.
Я закричала, цепляясь за его плечи, оставляя на них глубокие лунки от ногтей. Сердце моё билось где-то в горле, а тело все больше захватывал незнакомый лихорадочный жар.
Когда мужчина задвигался, я снова громко застонала, принимая его на пределе своих возможностей. Теперь в моем арсенале не было ни дурманящих, ни обезболивающих средств. Никто не поил меня соком черной бузины, никто не кусал, впрыскивая в кровь исцеляющий, как по волшебству, яд. Остались лишь только я и он, такие, как мы есть, и опаляющая обнаженная истина между нами.
Встав на колени и подхватив меня под ягодицы, Безымянный взял мощный размеренный ритм. Я упиралась плечами в пол, а бедра словно парили, встречая глубокие толчки на полпути. Затем я снова оказалась сверху, только теперь уже в положении сидя, крепко обнимая сида за шею и целуясь как ненормальная. В порыве страсти, я укусила его за губу, захватила её в плен и жадно пососала. Это завело Безымянного так, что он сжал мою талию почти до синяков и с силой насадил на себя. Я выгнулась дугой, словно прошитая током.
В предверии кульминации, напряженное древко мужской плоти внутри меня словно увеличилось в размерах. Я практически заскулила от едва переносимых ощущений, и чуть сид стал изливаться в меня в обильном и продолжительном освобождении, как я беспомощно забилась в беспощадном экстазе, накрывшем меня многотонной лавиной удовольствия.
Мы лежали, крепко сплетясь телами, потные, обновленные наслаждением. Внутри приятно тянуло, тело приходило в себя после любовного марафона. Сильные шероховатые ладони сида ласково поглаживали мои плечи, а его нежные губы то и дело оставляли метки-поцелуи. И все бы было просто замечательно — эйфория и легкокрылое счастье уже парили над нами невидимыми ангелами — если бы только не одно существенное «но». Как и в случае с «Джо Блэком», несмотря на фееричную развязку, на губах оставило горький привкус разочарование.
— Знаешь, — изрядно осипшим от громких стонов голосом, обратилась я к Безымянному. — Нам нужно что-то с этим делать. Я не могу больше не иметь возможности позвать тебя по имени.
Сид попытался что-то возразить, но я приложила к его губам палец.
