Было в этой просьбе что-то трогательное, что-то очень важное, что-то, чему я не захотела говорить «Нет».
— А вдруг я квакаю, как охрипшая лягушка?
— Уверен, что это не так.
— Какие песни тебе нравятся?
— Те, которые поешь ты.
Я невольно улыбнулась. Это был правильный ответ. Слова старой любимой рок-баллады сами самой всплыли из памяти. И сейчас, как никогда, ощущалось, что написаны они были именно для нас…
Наш совместный невинный сон был долгим и безмятежным. А поздним утром я проснулась от того, что кто-то осторожно потряс меня за плечо. Открыла сонные глаза, чтобы тут же встретиться взглядом с тем, кто разбил моё сердце.
Лаэрн смотрел потерянно и одновременно как-то упрямо. Словно сознательно причинял себе боль и намерен был продолжать. Я повернула голову в поисках Замфира, ну и конечно же, с легкостью обнаружила того, без задних ног сопящего посередине моей кровати практически в позе звезды.
Я тут же выбралась из-под одеяла прикрываясь подушкой. Многострадальное полотенце, похоже, окончательно затерялось где-то в недрах постели.
— Ничего не было, — сочла нужным заметить я.
— Хорошо, — не сводя с меня потемневшего взора, глухо ответил Высший.
— Ничего хорошего. Ты ранил меня.
— Это последнее, чего бы я хотел.
Он приблизился, осторожно обнимая. Не выпуская подушки, доверчиво прижалась к нему. Прошла всего лишь ночь, а я так невыносимо соскучилась.
— Я видела их.
— Кого?
— Аспидов.
Рука сида на моей голой пояснице ощутимо напряглась.
— Умбрия так жесткого пытает их.
— Вокруг тебе слишком много мужчин. — Вздохнув он поцеловал меня куда-то в макушку.
— Я, должно быть, какая-то порченая.
— Что?! — громко возмутились за моей спиной. — Да ты просто святая!
От неожиданности я буквально подпрыгнула и, было, дернулась к гардеробной, чтобы надеть на себя хоть что-то приличное, но Лаэрн оказался быстрее. Он просто заслонил мой голый тыл крылом, на что Замфир лишь закатал глаза.
— Я уже всё видел, — ни капли не смущаясь ни наших с Лаэрном нежностей, ни своего впечатляющего стояка, бодро заявил он.
— И как тебе спалось, мой король? — не скрывая недовольства от присутствия того в моей постели, поинтересовался сид.
— Спалось всем на зависть, — сложив руки на груди, с вызовом ответил Замфир. — Который теперь час?
— Почти полдень. — Высший так и метал молнии в своего друга и соперника.
— Что-то давненько не видел тебя на тренировках. — Король явно забавлялся происходящим.
— Надо это сегодня же исправить. — В голосе Лаэрна проскользнула угроза.
— Согласен, — король одобрительно качнул головой. — Интересно посмотреть, на что ты теперь стал способен.
Полные, четко очерченные губы больше не безымянного сида растянулись в кровожадной ухмылке.
Первый день пребывания при Железном Дворе оказался щедр на шокирующие открытия. И лидером в списке стал один весьма неприятный факт. Невзирая на то, что я свободно понимала фейский язык, а также легко изъяснялась на нём, выяснилось, что читать письменность сидов у меня не получалось от слова совсем. Обнаружилось это вскорости после того, как Лаэрн с Замфиром, не переставая ни на минуту обмениваться словесными ударами, спешно удалились, якобы для совместного решения вопросов «государственной» важности. Подозреваю, что на самом деле они просто отправились без лишних свидетелей помахать кулаками.
Едва за мужчинами с характерным глухим хлопком затворилась дверь передней гостиной, я наконец смогла успокоиться и одеться. В процессе облачения в красивый полупрозрачный костюм, состоящий из длинной туники с высоким боковыми разрезами и широкими штанами, обнаружилась вторая примечательная деталь. С моего тела пропала вся привычная растительность. Причем, если ещё накануне вечером аккуратная темная полоска в зоне бикини находилась на положенном ей месте, то теперь она бесследно исчезла, и я вдруг стала такая же гладкая, как покрытая полиролем лакированная советская стенка. Даже закралась пугающая мысль о радиации и облысении. Кто его знает, этот Инмир? Вдруг здесь высокий уровень природного излучения, а все фэйцы просто мутанты?
