- Спасибо, мой герой, - шутливо отозвалась Лала. - Только чего тебе переживать? Лишь прикоснёшься ко мне, и на тебе всё словно постиранное. Свежее свежего.
- Так ночи-то тёплые. И ветерка нет в избе, - посетовал Рун. - Жарковато малость.
- Ты рубашку можешь и снимать, любовь моя, - поведала Лала. - Штаны лишь оставляй.
- Да как-то неловко. Тем более, когда ты в шаге от меня спишь.
- Ах, Рун, - Лала мягко посмотрела ему в глаза. - Меня не взволнует твой голый торс, поверь. Люди не привлекают фей. Только обниматься так не надо. И всё.
- Кое кто страх какая нетерпеливая. Лишь встанешь, требует объятий. А так придётся ждать, пока рубашку натяну, - невинно заметил он.
- Я потреплю, мой заинька. Ты спи как тебе удобно, - попросила Лала.
Её личико излучало безмерное счастье.
- Лала, - позвал он.
- Что, мой хороший?
- А у вас мужчины что, сильно непохожи на нас сложением?
- Навряд ли. Я, собственно, не знаю, Рун. Но мы почти во всём подобны людям. И ростом, и устройством тел, насколько мне известно.
- Тогда почему тебя не взволнует? Мой торс.
- Потому что феи не влюбляются в людей, глупый, - произнесла она нежно. - Я тебя люблю как друга. Иного не дано.
Рун вздохнул.
- Немного непонятно, - молвил он. - Но как скажешь. Поверю на слово.
- Тебе хочется, чтоб взволновал?
- Почему бы и нет.
- По правде говоря, любимый, ещё я не видала до сих пор вблизи мужчин полураздетых иначе чем на картинах и в скульптурах древних мастеров, - призналась Лала. - Вы не похожи на девиц. Широкоплечи, мускулисты. Удивительные. Поэтому быть может и взволнует. Даже твой торс. Человеческий. Но только капельку. Немножко.
- Ну слава богу, хоть немножко, - порадовался Рун.
- Надеешься, что столь томиться стану по тебе, что замуж выйду? - улыбнулась она.
- Кто знает.
В прихожей скрипнула дверь. Рун машинально попытался отстраниться, но Лала схватилась за него ручками, и не позволила.
- Да что ж это такое, Рун! - пристыдила она его.
- Прости, - ответил он смущённо.
Из сеней в горницу вошла бабушка. В каждой руке она держала по лукошку.
- Каждое утро одно и то же. Несут подарки, с самого ранья, - посетовала она неодобрительно. - Я сдалась, пусть делают что хотят. Куда столько девать? Ума не приложу. А вы уже милуетесь опять?
- Бабушка Ида, - жалостливо обратилась к ней Лала. - Почему Рун, как вас в дверях заслышит, пытается тот час же отойти от меня? У вас в семье все таковы мужчины? Ваш муж стеснительным был тоже?
- Мой муж покойный был пылкий кавалер. По молодости, - поведала старушка.
- Вот видишь, заинька! - Лала со значением посмотрела на Руна.
- Но только после свадьбы, - добавила бабуля. - До супружества мы друг на друге так не висели.
- Ну здесь же нету ничего дурного, бабушка Ида? - с надеждой спросила Лала.
- Не знаю, доченька. Вы слишком много милуетесь. И на ночь, и с утра, когда не глянь. Как бы люди чего не стали говорить.
- Вы наверное просто не жили с мужем в одном доме и до свадьбы, - предположила Лала. - Иначе как тут удержаться? Да и зачем? Раз нет дурного.
- Да, не жила. Быть может и не удержались бы, - задумчиво промолвила старушка.
- Если вы нам запретите обниматься, мы не станем, - упавшим голоском произнесла Лала. - Но мне будет очень плохо тогда.
- Так уж ты его любишь, дочка, - подивилась бабушка. - Милуйтесь уж. Раз феи без греха. Доверюсь твоей чести.
Личико Лалы озарилось безмерной радостью.
- Спасибо, милая бабушка Ида! - очень тепло проговорила она. - От всей души спасибо!
Старушка аж растрогалась. Покачала головой умилённо:
- Чудные вы созданья. Феи. Скоро будем завтракать, дети. Потерпите немного. Творог нам дали, надо съесть вперёд, чтоб не пропал, творожничков нажарю. Уберёшь, внучок, продукты в погреб?
- Ага, сейчас, - ответил Рун.
- И грабельки бы ещё поправить.
- Сделаю, - заверил он.
- И дров бы поднаколоть.
Лала вздохнула обречённо.
- Подрублю, - пообещал Рун, улыбнувшись Лале с ласковым ироничным сочувствием.
Бабушка вышла. Отправилась готовить на двор. Летом в деревне печку стараются не топить в избе, чтобы жар не нагонять, у всех на улице есть что-то для готовки - у кого-то летние кухни - полноценные постройки, у тех кто победнее, как Рун с бабушкой, просто небольшая неказистая наружная печечка.
- Ну не расстраивайся, невеста моя дорогая, - попросил Рун по-доброму. - Ничего не поделаешь. Тем более, вроде вчера вечером я был весь твой. Довольно долго. Сегодня вечерком снова повторим, если хочешь.
- Хочу, - буркнула Лала.
- Я тоже.
Он отстранился осторожно.
- Рун, чем тебе помочь? - посмотрела на него Лала с энтузиазмом.
- Да вроде пока нечем, - пожал он плечами. - Дела все мужские.
Личико Лалы погрустнело.
- Ты выйди на двор, к бабуле, - предложил он. - Спроси у неё. Чтоб бабуля, да не нашла тебе работы. Так не бывает. Может готовить ей поможешь. А после в огороде.
- Хорошо! - обрадовалась Лала. - А в храм когда? На обряд?
- Чуть позже. Не с самого утра. Отец Тай так рано не встаёт. Как солнышко поднимется на половину до полудня, так и пойдём.
- Ладно.
Лала одарила его на прощанье милым загадочным взглядом и чарующей улыбкой. А затем полетела к выходу в огород.
