Продолжение истории о фее Лале и нелюдимом юноше Руне. Наших героев ждёт новый путь, новые приключения, новые чудеса. Ну и конечно новые перипетии их запутанных взаимоотношений.
Не успел Рун отойти и на пару вёрст от родных мест, как уже сделал привал. Воля случая – попал камушек в башмак – уселся, снял, вытряхнул, обул ногу назад. И остался сидеть. Хорошо вокруг, и на сердце что-то… хорошее. Ощущение, словно освободился. Начинался какой-то новый этап в его жизни, нечто неизведанное. Эта неизведанность и пугала, и манила. Но манила сильнее, чем пугала. Вроде бы и тяжело родину покидать, а всё равно как будто камень с души сбросил. Давно уж деревня перестала быть домом. Была тюрьмой. И вот теперь… на воле. Много всего на сердце разного. Долгий путь предстоит. И долгие поиски места своего под солнцем. Но молодой, сила есть, желание жить есть, и даже денежка водится. Плюс, наделён волшебным даром договора со зверями. Приложится всё, надо только верить и не сдаваться. Чуточку конечно и тоскливое что-то чувствуется внутри. Расставание есть расставание: бабушка, могила дедушки, изба. Самое дорогое оставляет позади. И всё же в целом всё хорошо. Он вздохнул.
Неожиданно наземь рядом с ним, слетев откуда-то сверху, уселась птичка. Всего на расстоянии вытянутой руки. Маленькая, с синей грудкой. Уставилась на него внимательно одним глазом. И вроде бы не боится совсем. Рун улыбнулся. Вот и ещё один дар Лалы. Доверие диких тварей. Тоже никуда не делся.
– Здравствуй, Рун, – вдруг прочирикала птичка по-человечьи. – Тебе весточка от Лалы.
Рун даже и не удивился происходящему. Не впервой видеть говорящую живность. Но не удивился, пожалуй, впервые. Ко всему привыкаешь постепенно.
– Я слушаю, – спокойно отозвался он.
– Просила тебе Лала передать, что в беду немножко попала, – сообщила птичка. – Помощь ей нужна твоя. Но ежели ты откажешься ей помочь, она поймёт и совсем не обидится. Каков будет твой ответ?
– В беду попала? – с недоумением переспросил Рун. – Разве она не в замке?
– В замке.
– И что же там такого могло с ней произойти?
– Не ведаю, Рун.
– Она плакала?
– Нет. Но грустна была. Если я правильно различаю ваши человеческие лица.
– Хм. Ну конечно помогу, – кивнул Рун. – Только ума не приложу, какая ей польза от меня, крестьянина, когда там барон, рать, стража. Сынок баронский. Ладно, пойду в замок. Благо, недалеко ушёл ещё.
– Нет, Рун, тебе не надо в замок, – поведала птичка.
– Не надо в замок? – удивился он. – Как же я могу тогда ей помочь? И чем?
– Я тебя провожу в одно место. Ты её там подождёшь. Рано утром она к тебе придёт. Если сможет. Если нет, и весточек новых не пришлёт, значит уже и не придёт. Не жди её боле в таком случае, и прости сердечно, что зря побеспокоила.
– Ну хорошо, – с озадаченным видом молвил Рун.
Он встал, отряхнулся, пребывая в задумчивости, в попытках осмыслить услышанное. Птичка поглядывала на него не без любопытства.
– А что тебе ещё Лала сказала? – поинтересовался он.
– Только это. Весточку, и куда тебя отвести, ежели согласишься.
– А что при этом происходило? Что ты сама видела?
– Вообще-то я самец, Рун, – аккуратно заметила птичка.
– Да? Ну прости, друг. Я не умею вас различать, – вежливо повинился Рун.
– Да что тут различать-то. Видишь, у меня синие пёрышки в крыльях и синяя грудка. А самочки у нас милого серенького цвета, без синевы, – объяснила птичка.
– Вот не знал. Я думал, вы все синие.
– Нет, только мужики у нас такие.
– Понятно. Так что ты видела… видел?
– Да ничего особенного. Лала в замке. В комнате. Была одна. Позвала меня через окошечко. Попросила передать весточку. Наделила даром речи да способностью отыскивать тебя легко. Чувствовать, в какой ты стороне. Сама как будто печалилась. Это всё.
– Ясно. Куда идти?
– К стенам замка. В лес, к крепостной стене, точно с обратной стороны от главных ворот. Бывал там?
– Конкретно там нет. Но в той местности бывал конечно.
– Ну, вот туда, – проговорила птичка. – Там есть дуб высокий покосившийся. Очень большой. На самом краю леса перед стеной. К нему тебе надо. Если идти по краю леса вдоль стены, мимо никак не пройдёшь. Его не перепутать ни с чем.
– Чтож, я готов, – обозначил желание отправляться в путь Рун. – Веди. Как ты меня поведёшь? Будешь перелетать вперёд? А то садись на плечо, коли хочешь. И просто указывай мне направление. Словами.
– Может ты без меня тот дуб найдёшь? – полувопросительно предложила птичка с надеждой. – Вы, люди, так медленно ходите. А мне деток надо кормить. Дорогу ты теперь знаешь. Я тебе и не нужен как будто.
– Поди найду, – кивнул Рун. – Кажется, это не сложно.
– Вот спасибо! – порадовалась пичуга. – Тогда полечу к Лале, сообщу ей, что ты согласен. А вечером снова тебя отыщу. Проверю, там ли ты, где нужно, остановился.
– Хорошо, – ответил Рун.
– Только ты старайся, чтобы тебя никто не видел. Стража со стен чтоб не заметила.
На лице у Руна отобразилось удивление.
– Это тебя Лала просила? – недоверчиво поинтересовался он.
– Она, – подтвердила птичка.
– Как странно. Ну ладно. Выходит, и костёр нельзя на ночь разводить?
– Наверное нельзя, Рун. А если я вечером не явлюсь, ты всё равно жди её до утра. Вдруг меня орёл сожрал какой. Всякое ж возможно.
