Джин Пакстон после неудачного замужества отказывается от мечты о личном счастье и с головой уходит в работу. Но «поцелуй француза» — неотразимого Поля Бюдье изменяет все в ее жизни — девушка понимает, что страсть властно влечет ее к этому человеку.
Джин Пакстон заправила выбившуюся прядь светлых волос и, резко остановившись, обернулась, желая застать врасплох высокого, необычайно привлекательного мужчину, который вот уже целых полчаса неотступно следует за ней по пятам.
Подобно большинству улиц средневекового квартала Бордо, Рю-Сан-Катерин была узкой и оживленной. Будничные покупатели, натыкаясь на внезапно остановившуюся девушку, бросали на нее недовольные взгляды, но Джин не обращала на них внимания.
Ну так и есть, преследователь обнаружен! Хотя этот субъект, явно стараясь скрыть свои намерения, лихорадочно хлопал себя по карманам твидового пиджака, делая вид, будто обронил что-то на тротуаре.
«Хитер!» — подумала Джин, мысленно улыбнувшись. И все-таки она тоже не промах, раз подловила его. В выражении этих блестящих голубых глаз невозможно было ошибиться: они бесцеремонно изучали сзади ее стройную фигуру топ-модели под тонким хлопчатобумажным платьем-рубашкой.
Вообще-то говоря, в этом не было ничего удивительного: Джин всегда отличалась изящностью и в свои двадцать восемь привыкла к чрезмерному мужскому вниманию. Не прошло и года после развода с Марком, а она уже выработала в себе умение с первого взгляда безошибочно распознавать тип мужчины.
Однако этого незнакомца классифицировать было не так легко. Скорее всего, его следовало отнести к семейству «флиртус европиан», решила Джин, то есть обыкновенных «уличных волков», которые рыщут по улицам любого крупного города на континенте. Эти особи отличаются упорством в преследовании жертвы, при этом в число последних попадают преимущественно блондинки, в чем ей не раз приходилось убеждаться на собственном опыте. И все-таки этот экземпляр был необычен: его внешний облик не вполне подходил под типаж «уличного волка».
Во-первых, явно не соответствовал типажу его возраст: «уличными волками», как правило, были зеленые юнцы, а этому на вид было лет тридцать пять. Да и фигура отнюдь не отличалась худобой и угловатостью. Напротив, он был высок и исключительно хорошо сложен. Смуглое от загара лицо, каштановые волосы с высветленными солнцем золотыми прядями, проницательные голубые глаза, цвет которых был заметен даже издалека.
Но самым удивительным Джин казалось то, что он до сих пор не предпринял никаких попыток заговорить с ней. Обычно после подобного преследования начинались пошлая навязчивая болтовня, сочувствия по поводу одиночества столь очаровательной девушки и сомнительные предложения «развлечься». Но нет, этот мужчина чуть ли не смущенно попятился от нее, когда она в первый раз заметила его преследование на «блошином рынке», расположенном рядом с богато украшенной церковью Сен-Мишель.
Однако больше всего Джин раздражало ее собственное подспудное желание, чтобы этот незнакомец настиг ее.
Она продолжала свой путь по Рю-Сан-Катерин, поглядывая на витрины магазинов одежды и испытывая неуютное чувство тревоги оттого, что кто-то вторгся на территорию ее личного мирка и теперь угрожает ее спокойствию.
После развода Джин поставила крест на мужчинах, особенно относящихся к типу мощного агрегата. В таких мужчинах доминировали руки и рот, и весь их интерес сводился к тому, чтобы доставить ей удовольствие, в котором, по их мнению, она в первую очередь нуждалась, будучи разведенной женщиной.
На самом же деле секс перестал интересовать ее после самого отвратительного периода ее супружества с Марком. За последний год она с головой погрузилась в спасительный весьма напряженный рабочий режим управляющего «Саммит Инн», старинного величественного курортного отеля ее дяди Лоуэлла на севере штата Нью-Йорк.
Джин невольно улыбнулась, вспомнив Лоуэлла: его белую как снег голову и морщинистое, но все еще обаятельное лицо. Правда, улыбка почти тут же сменилась хмурой озабоченностью. Утром дядя неожиданно позвонил в ее гостиничный номер и, отменив на сегодня все их поездки по делам, связанным с закупкой вин, устроил день отдыха.
Джин была беззаветно предана своему дяде. Когда год назад ее брак закончился крахом, а вместе с ним благодаря родственным связям Марка рухнула и ее карьера в гостиничной корпорации «Хардвик Хотелс», Лоуэлл протянул ей руку помощи, предложив и кров, и работу как раз в тот момент, когда это стало крайне необходимо. «Саммит Инн» оказался превосходным лекарством от отчаяния. Работа в этом отеле обеспечивала спокойное, тщательно размеренное существование, которое ее теперь вполне устраивало.
Во всяком случае, пока устраивало. Мужчина, преследовавший ее, определенно не относился к типу мощного агрегата с мужественной внешностью ярко выраженного самца. Его сильные, скульптурно выточенные черты были необычайно красивы, даже изысканны. Такая внешность, сочетающая в себе дерзость авантюриста с задумчивостью интеллигента, могла принадлежать какому-нибудь астроному или ученому-исследователю, почему-то решила Джин. И в то же время она знала, что подобные мужчины не волочатся за женщинами на улицах.
