— Так тебе еще и Гарет временами… услуги оказывает, — оскалилась я. — Что ж, одно точно: в Веридоре слуг держат в строгости и не позволяют распускать язык, а открывают рот они только тогда, когда им позволяют хозяева, а в противном случае их порют. А теперь скажи мне, милое дитя, правда ли, что на юге признают право иноземцев придерживаться своих традиций.
— Вы пороть меня вздумали? — мигом вскочила на ноги девица и накинулась, но не на меня, а почему-то на Азизама. — Ты! Ты же уверял меня, что твоя госпожа смирная, как овечка! Я только поэтому и согласилась. Зачем мне менять одну стерву на другую?!
— О, он тебя не обманул, — ухмыльнулась я. — У меня действительно обладаю нежной ранимой натурой и тонкой душевной организацией. Именно поэтому мне противопоказано нахождение такой оторвы, как ты, в непосредственной близости. Азизам, как я поняла, ты привел служанку, которая согласилась взять на себя обязанности моей горничной на неопределенный срок, что я проведу в этом гостеприимном месте. Верни эту языкастую с мужицкими ступнями туда, откуда взял: девушка не подходит мне по всем статьям.
— Жаль, — искренне понурился Азизам, — я ее с таким трудом у местной ведьмы отжал. Ее госпожа сама чуть не оприходовала меня прямо на пороге своей гостиной, не дотерпев каких-то двадцать шагов до кровати. А эта полотерка мне как раз по всем статьям подходит… Слушай, может все-таки возьмешь ее, а? Мне ж не с тобой одной все вечера коротать, да и ты скоро графа в наши покои заманишь, мне будет неудобно третьим быть… а вот если еще одну девушку…
— Извращенцы!!! — заверещала белявая кучерявая, уносясь прочь и матюгаясь себе под нос, как солдат за три дня до окончания трехгодичной службы на границе.
— Еще и нервная, — скорбно подвел итог слуга. — Только ходел досказать, что мне б ее на сеновал, ибо в неравной борьбе за единственную здесь кровать, боюсь, мне графа не одолеть, а она чего сразу понадумала… Нет, все-таки порой южане совращены до масштабных оргий, а еще на нас гаркают, что мы извращенцы.
— Найдешь другую, поадекватнее и посдержанней. А чего ты там ляпнул про то, что она тебе со всех сторон подходит? — полюбопытствовала я.
— Я ж демон, красотуля, — хитро подмигнул мне Азизам. — Да не округляй глаза, я бы на твоем месте тоже давно догадался. Регенерация после стычки с разбойниками, глазные капли, поиск родственника-демона, метящего на мое место. Все один к одному. Так вот у меня где-то в этом мире должна быть единственная. Вполне возможно, она еще даже не родилась и встретимся мы чеез десятки лет. Так вот, до тех счастливых пор я могу иметь близкие отношения с женщинами, но только с некоторыми ограничениями. Во-первых, они должны внешне примерно соотноситься с моей единственной: похожий цвет волос, глаз, кожи, рост, фигура и все в этом роде. Во-вторых, они должны обладать таким же магическим уровнем и соответствующими Дарами. В-третьих, она однозначно должна быть свободна, причем не формально, от брачных уз, например. У нее в серде не должно никого быть. Вариант, что девушка априори не умеет любить тоже принимается. Таким образом, подходящих мне девушек не так то и много, если разобраться. Ну, вот это была одно из них. Эх, а теперь и она ко мне на милю не подойдёт.
— Перебьешься, — не вняла я его горю. — А что за ведьма?
— Так проживает здесь еще одна кандидатка на брачный браслет и мягкую постель графа Ла Виконтесс Ле Грант дю Трюмон, — невозмутимо отозвался Азизам, как будто рассказывал мне о певчей птичке, свившей гнездышко под навесом сарая на заднем дворе!
— Прикуси язык, я не намереваюсь претендовать на его лорда Себастьяна, — гневно прошипела я, на что тут же получила замечание от змейки, что этот умопомрачительно пахнущий яблочком мужчина может оказаться моей парой и надо бы попробовать скормить ему заветный плод…
— Азизам, а как у нас там дела обстоят с завтраком? — вторя своим мыслям, медленно протянула я.
— Ты чего, Ник?! Какой завтрак?! — возмутилс до глубины души мужчина. — Нам надо работу работать! Рысью одеваться, а то я приступлю к процессу стягивания с тебя ночнушки сам, так сказать, для оптимизации процесса! Вот, это я тоже у твоей врагини изъял, специально со шнуровкой спереди отхватил, чтобы быстрее дело шло, — мне тут же всучили легкое платье болотного цвета, полностью открывающее плечи и с широкими рукавами, ончающимися завязками на локтях, и в то же время целомудренное и создающее образ невинной хрупкой девы.
— Ладно — ладно, не кипятись, — примирительно подняла руки я, забирая одежду и поспешно ныряя в ванную комнату, пока угроза не начала воплощаться в жизнь (с Азизама станется!).
Привела в порядок себя я на неполные полчаса, и за это время мужчина чертову дюжину раз колотился ко мне и пугал, что вот сейчас зайдет и выволочет пред светлы очи всего Зеленого Горба в том виде, в каком я сейчас есть.