— Я ни в коем случае не хотела оскорбить вас, — очень надеюсь, что голос мой не выдал всколыхнувшейся в душе паники. — Однако мне кажется, что на вашем месте должен сидеть брат Его Светлости. Не так ли, лорд Себастьян? Или лорд Франсуа по каким-то причинам не смог почтить нас своим присутствием сегодня?
Вот не удивлюсь, если и этот сейчас с фингалом ходит, да таким, что из-под края повязки виден!
— Мне приятно ваше беспокойство о моем брате, — отвечал мне граф таким тоном, что у меня не возникло ни малейшего сомнения, что ему нисколечко не приятно. — Однако, прошу заранее прощение за пренебрежение приличиями, Франсуа не будет присутствовать на совместных трапезах. Видите ли, в силу своего характера и одаренности, мой брат — личность своеобразная. И нелюдимая. Он выходит в общество только вместе с лютней и абсолютно равнодушен к обычным развлечениям, таким как охота, вино, карты…
— Женщины, — как бы между прочим вставила леди Никалаэда. — Вы не знаете, леди Шамали, но на юге слава лорда Себастьяна как легендарного вдовца меркнет по сравнению с ореолом асексуальности вокруг лорда Франсуа. Мне даже порой кажется, о нем тоже слагали бы легенды, если бы Себастьян регулярно не передавал ему право первой ночи с каждой своей новой женой. Неужели вы не знали? — тут она поймала недовольный взгляд графа и, состроив самое невинное выражение лица, простодушно так заявила. — Прости, Себастьян, конечно же, просветить леди Шамали относительно непреложной южной традиции, касающейся первой брачной ночи, должен ты. Но ты представил ее как свою очередную невесту и леди Шамали не выказала ни удивления, ни недовольства, поэтому я решила, что она уже в курсе, что ночь после свадьбы проведет в объятиях Франсуа. Леди Шамали, вы побледнели? Не переживайте, конечно, опыт у Франсуа невелик, но раз в год он успешно консумирует брак Себастьяна.
Как я не подавилось сырником, не знаю. Что…? Нет, даже не так. ЧТО???
Наверное, мое лицо очень красноречиво вытянулось, поскольку ответ я получила незамедлительно, правда, с другого конца стола.
— В далекие времена, когда эти края еще не были поделены на графства, — тоном сказителя из заморских восточных стран начал объяснять Тринадцатый принц Веридорский, — здесь утвердилось Право Возлюбленного, которое, по преданию, было даровано людям Богами и со временем распространилось и на Веридор. Согласно ему, если девушка хоть раз в жизни провела ночь с мужчиной, он имел на неё права, даже если потом она выходила замуж за другого. Одновременно с этим юг жил под властью языческих культов, призывающих в гроб к умершему мужу класть и его жену, хороня ту заживо, ровно как и наоборот. Мужчины погибали часто: на охоте и боях, в пьяных драках и столкновениях с пограничными кочевыми племенами и разбойниками. Естественно, они не желали своим возлюбленным мучительной смерти, поэтому и придумали традицию первой брачной ночи: после свадьбы новобрачная делила ложе не со своим мужем, а с его братом или лучшим другом, чтобы в случае смерти законного супруга тот по Праву Возлюбленного забрал вдову себе в дом как наложницу. Почему традиция в последствии коснулась и права мужа спать с подружкой невесты, не помнили, а может никогда и не знали. Возможно, из чувства справедливости. Давно исчезло из этих земель язычество, но традиция осталась и, надо сказать, южане не стремятся искоренять её как пережиток прошлого. Им, с их свободолюбивым нравом, культом любви и признанием ревности худшим из людских пороков, импонирует своеобразное проведение первой брачной ночи. Я бы даже сказал, эта традиция в некоторой мере составляет часть южного менталитета.
— А самым близким человеком Его Светлость полагает своего брата, — подхватила Гарета южанка. — Поэтому и ходит молва, что Себастьян уже который раз вдовеет вовсе не по вине проклятия. Особенно слуги любят сплетни распускать про ядовитое семя Франсуа, а…
Я все-таки подавилась. Не скажу, что северяне — очень щепетильный и деликатный народ, но у нас все же дамы не обсуждают подобные темы. Не при мужчинах уж точно! И не за столом!
— С вами все хорошо? — встревожилась эта недоэльфийка. — Или вас так взволновало известие, насколько сильно Себастьян доверяет своему брату…
— Возвращаясь к вашему вопросу, леди Шамали, — наконец оборвал эту… леди граф. — Я безгранично доверяю не только своему брату, но и Гарету. Может мы и не родня по крови, но Гарет мне как отец, и в Зеленом Горбе он проживает на правах члена рода Ла Вионтесс Ле Грант дю Трюмон.
Мне случаем скрип зубов прекрасной южанки не показался? Надеюсь, что нет. Не знаю, как во мне так быстро поселилась неприязнь к леди Никалаэде, но за одно то, как Бастард Тьмы бесил эту "радушную хозяюшку", ему можно было простить присутствие здесь.
Что же касается этой южной дикости… Будем решать проблемы по мере их поступления, так что сначала пытаемся найти неизвестный артефакт в особняке, полном артефактов и принадлежащем артефактору, а заодно своего истинного и разгадку проклятия графского рода.