— Жизнь надо прожить так, чтобы на небесах сказали: «ПОВТОРИ», — или в аду приветствовали: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, НАША ГОСПОЖА!»
Помню даже, как успокаивала пьяную девушку в туалете, такую же пьяную, как и я сама:
«— Вот скажи мне, я уродка? — подправляя макияж, спросила высокая стройная блондинка, с удивительными синими глазами, цвета ночного неба.
— Ты дура, раз такое думаешь про себя, — смыла пену с рук и повернулась к ней, опираясь на столешницу.
— Меня бросил сегодня жених, сказав, что я не его ЗВЕЗДА, — с нервным смешком икнула девушка. — И вот я здесь, напиваюсь в слюни с коллегами, чтобы забыть этот ужас. Это хорошо, что ещё мой брат не знает где я и в каком я вообще состоянии. А ещё начальник, который завтра мне вынесет весь мозг за то, что я опять откажусь стать подстилкой для одного, и оружием в его руках.
Подстилкой? Оружием? Даже мой мозг понимал, что она знатно перепила, раз такое говорит.
— А жених то твой, вообще той ориентации? Или может он из голубой братии? — перебила её, всё — таки про жениха интереснее было слушать.
— А знаешь, даже если он не из этих, то он всё равно гандон, — рассмеялась девушка, а я прямо говоря, залипла на неё. Нет, ну он правда осёл, раз упустил такую девушку. Не только красивая, но и с юмором всё в порядке, правда, странная немного, но у всех свои тараканы.
— Любовь либо есть, либо её нет, как бы банально это не звучало, — это всё градус в моей крови потянул откровенничать. — Может, если ты не его звезда, то и он не твоя орбита? И поверь, он не стоит ни твоих слёз, ни твоих переживаний. В конце концов, у тебя нет от него детей, вы ничем, совершенно, не связаны. Никогда не возвращайся назад. Как бы ни было трудно и тяжело — назад дорога закрыта. Не стоит стоять на пепле сожжённых мостов, пытаясь хоть в голове восстановить эту нить. Это слишком жалко и нелепо выглядит. Кто — то проще переживает, кому — то сложнее. Смысл не в том, кто как страдает, а в том, чтобы уяснить единственный урок на чужих ошибках. Всё проходит. Значит и у тебя пройдёт. Да, нужно время. Да, будет много слёз и грустной лирики в плей — листе. Оно того стоит. Не отрекайся от мира, но не беги за тем, кому твой мир нахер не сдался.
— А ты случаем не мозгоправ? — ошарашенным взглядом смотрит на меня девушка.
— Если бы… Я просто тоже оказалась не чьей — то звездой… Только я никак не могу осознать, что он не моя орбита.
— А знаешь, я, наверно, и не любила его. Слушая твою речь, понимаю, что я не хотела быть его… Просто, чёрт, — девушка взялась за голову. — Понимаешь, я встретилась недавно с одним человеком, но он преступник. Так с этого момента я… — она замкнулась, погрузившись в себя на пару секунд, затем продолжила: — Никак не могу выкинуть его из головы, но нет! Он мне не понравился даже. Чурбан и неотесанный мужлан… Какая же дура… Прости, вываливаю на тебя свои проблемы, хотя мы даже и не знакомы…
— Знаешь, незнакомым проще высказаться, чем самому близкому человеку, — усмехнулась ей.
Неожиданно нашу идиллию разрушил гогот девчонок, которые открыли дверь в женский туалет и принесли с собой грохот музыки.
— Алия, вот ты где! А мы уж думали ты уединилась с тем красавчиком, который подкатывал к тебе свои яйки. Пошли, а то всё веселье пропустишь!
— Да — да, я иду!
Неожиданно девушка с красивым именем подошла ко мне и крепко обняла, прошептав на ухо:
— Спасибо тебе огромное, прекрасная незнакомка! Надеюсь, когда — нибудь увидимся ещё!»
Кажется, мне действительно пора сделать то, что давно должна была сделать: стать звездой для того, кто действительно этого достоин. И перестать стоять на пепле, собирая в голове иллюзию прошлой жизни.
— Оставьте нас наедине, пожалуйста, — произношу чётко, а внутри взрыв атомной бомбы происходит.
Василий нахмурился, и взглянул на меня:
— Ты уверена? — а во взгляде читалось: «Ты вообще в своём уме? Он же бешеный».
— Господи, да не убьёт же он меня в самом деле!
— Убить не убьёт, а в свою пещеру затащит на веки вечные, — вставил свои пять копеек Захар. Наверно, не стоит говорить, что как всегда не вовремя?
— Хорошо, я подожду тебя около машины, — Василий порывается меня поцеловать, как слышит скрежет зубов сбоку и затем разъярённое:
— Если ты её сейчас поцелуешь, то я не посмотрю на то, что послал вас обоих, и закопаю тебя лично и заживо под соседним кустом…
Кое — как Василий смог отпустить меня и направиться в сторону своей машины, а Веном напоследок сказал Назару, будто меня здесь и вовсе не существует:
— Не усугуби ситуацию, бро. Не сделай так, чтобы этот слащавый ублюдок получил её ахуенную задницу в свои жалкие лапы, — не дожидаясь ора со стороны Назара, Захар быстро слинял.
Если бы взглядом можно было убивать, то я была бы уже мертва и похоронена взглядом, который Назар послал мне. Всё его тело было напряжено, руки сжаты в кулаки так, что на них выступали вены.
