Ролик назвали “In vermis veritas”. Дирк был в восторге. Пожалуй, это его самый безумный проект. Ясным умом он понимал, что эти декадентские игрища всего лишь гротеск и насмешка, а близнецы лишь изящные позёры.
========== Часть 4 ==========
Съёмки очередного ролика подошли к концу. Режиссёр, оператор и прочая группа курили посреди скотобойни, кутаясь в свитера от пронизывающего холода. Свиные туши раскачивались на своих крюках. Гнилая кровь капала на пол. Невыносимый смрадный запах стоял в воздухе.
Эрель смахивал с себя ошмётки сырого мяса. Его завораживал запах смерти. Но вот Аэль поклялась стать вегетарианкой. Она с ужасом смотрела, как брат прогуливается между освежёванных туш, нежно касаясь их руками. Он был так красив: голый, перемазанный свиной кровью, которая давно начала сворачиваться. Его волосы слиплись, повисли плетьми до середины спины.
Пространство было огромно. Аэль ощущала давление каменных стен, впитавших в себя столько крови и боли.
- Ты знаешь, а тут не только свиней перемалывали в фарш, - оскалившись, произнёс Эрель, пережёвывая кусок сырого мяса. На его губах пузырилась розовая пена крови и слюны.
- Что ты имеешь в виду? - спросила Аэль, кутаясь в плед, ей было неприятно, мокро и липко от стынущей крови животных на своём теле.
Она прекрасно догадывалась, что ответит брат дальше.
- Здесь так же много людских смертей. Я чувствую их.
- Но откуда? – сестра подняла глаза к потолку.
- Я не знаю, может быть, мафия, сектанты или свои тайны рабочих скотобойни. Нам не стоит в это вмешиваться.
Эрель поймал слегка испуганный взгляд Аэли. Он знал, что сестра всегда оставалась несколько восприимчивой ко всем этим странным мистическим историям, которые он порой придумывал.
- Пошли, - сказал он. – Отмоемся от этой скверны.
Потоки воды дарили очищение. Близнецы думали о новом видео, отражающем в себе их любовь в окружении свиных туш и кусках мясо, где были литры бутафорской крови и потоки спермы. Дирк обещал так выстроить фильтры, чтобы сыграть на контрасте красного и белого. Зрелище обещало кровавый психоделик. Он говорил, что если собрать все фильмы воедино, то может получиться отличное выражение сексуального бед-трипа.
Наверное, что-то подобное видят те, кто умирают от передоза, будучи молодыми и красивыми. Их манит к себе сексуальный ад, заглатывая своим жарким ртом, пропуская сквозь сфинктр. И где-то там, в бездне ада, и прячется та самая точка наслаждения. Это и есть небытие. Главный трип. Одна секунда кайфа – и ты перестаёшь существовать навсегда. Кто-то считал это раем. Но это лишь машинка по перемолке душ.
***
Они сидели в кафе, попивая ароматный кофе. Съёмка была изматывающей, но это ещё не значит, что стоит отказываться от привычной ночной жизни. Закинувшись допингом из кофе и кокаина, они снова готовы к приключениям.
Близнецы встали и пошли в ночь чёрными извилистыми улицами, туда, где в одном из подвалов горел красный свет. Бледные подростки на входе, больше похожие на тени, провожали из своими рыбьими глазами. Не каждый день здесь можно встретить двух белых ворон посреди чёрной толпы.
Дети обмениваются лезвиями, выводя на своей коже узоры боли. Со сцены доносится тихая мелодичная музыка, несущая в себе всю тяжесть смерти. Они прекрасны – эти звуки виолончели, клавесина и тонкого голоса певицы. Райский голос повествует о муках ада внешнего мира, он зовёт за собой в царство теней, туда, где уже не больно. Возле сцены сидят отрешенные люди. Многие из них сжимают в руках бутылки с крепким алкоголем и опасные бритвы. Истинные самоубийцы не блефуют. Они истекают кровью, слушая голос своего ангела.
Её звали Вивьен. Это бледное, почти лишённое тела, создание. На её голове неизменный венок из кладбищенский роз. Её тёмные волосы волной струятся по плечам. Белое платье кажется почти прозрачным, а под ним тонкий скелет бабочки. Близнецы наблюдают за представлением, забившись в самый тёмный угол клуба. Им не хочется быть замеченными. Они знают, всё, что делает эта девушка - незаконно. Её песни склоняют подростков к суициду. Но она не виновата, это всего лишь разрушительная сила её творчества. Это её демон. Она лишь воплощает смерть в бренном мире людей.
Зрители сидели на стульях в первых рядах. Их стекленеющие глаза всё ещё смотрели на сцену, кровь струилась из разрезанных вен и артерий. Мир сжимался в одну точку, и не хватало сил, чтобы моргнуть.
Концерт окончен, Вивьен ушла со сцены, не глядя в залитый кровью зал. Всё, что происходит с этими самоубийцами, не её дело.
Она появилась неожиданно со стороны чёрного хода, где стояли близнецы.
- Я знала, что вы снова придёте на моё шоу, - сказала она, выходя из темноты.
Здесь она ещё больше напоминала призрак, нежели в свете софитов.
- Мы не могли это пропустить, - сказал Эрель, расплываясь в улыбке.
Аэль, как всегда, молчала, став ещё бледнее. Эта музыка вводила её в некий потусторонний транс. Энергии десятков человек, мечтающих о смерти, терзала её душу. Брат, казалось бы, не обращал внимания на её состояние. Хотя обычно он был таким заботливым.
