– Проходи, давай. Не хватало ещё, чтобы тебя кто-то здесь увидел. Тебе вообще запрещено кладбище покидать, – напомнил я.
Посторонившись, позволил руке вползти в комнату, зная, как гордое умертвие любит демонстрировать самостоятельность даже будучи разобранным на части.
– Что с тобой приключилось на этот раз? – вздохнул, присаживаясь за стол, на который ловко забралась конечность.
Устроившись напротив меня, Юджин сначала растопырил пальцы в стороны, потом сложил подушечками вместе и повторил это действие несколько раз.
– С волками подрался?
Вновь соединив подушечки вместе на манер импровизированной головы, Юджин кивнул кистью.
– А от меня чего хочешь?
Умертвие растопырило пальцы, демонстрируя их недостаток.
– Я не могу вырастить новые, ты же знаешь.
Ладонь показала мне «стоп». Юджин затрясся, и из рукава выкатились недостающие пальцы: средний и указательный. Выглядели они так, словно их долго и с аппетитом посасывали.
– Ладно, – сжалился я. – Только помойся сначала и рукав постирай. Голубые полотенца не трогай – это Колины.
Радостно кивнув, Юджин сжал в ладони пальцы и пополз в уборную. Вскоре оттуда послышался шум воды.
Позаимствовав у брата его чемоданчик, где он хранил свои принадлежности для практических занятий, я достал иглу, нить и специальный раствор для сращивания разорванных тканей.
Юджин вернулся быстро, обмотанный голубым полотенцем для рук.
– Я же просил, – посмотрел на умертвие с осуждением.
Рука виновато опустила кисть вниз и любовно погладила махровую ткань.
– Ладно, себе оставишь, – вздохнул я, – скажу брату что потерялось, а сам на выходных куплю ему новое.
Следующий час я кропотливо пришивал недостающие пальцы, стараясь, чтобы все суставы были чётко на своих местах. В противном случае, магия может распределиться в омертвевших тканях неравномерно, и тогда движения этими пальцами будут затруднены.
Я почти закончил, когда за моей спиной что-то стукнуло в окно. Не стал отвлекаться, потому что только начал дозировано вливать силу в руку. Если остановлюсь, придётся начинать заново.
Стук повторился ещё дважды.
Закончив, я убедился, что оторванные пальцы вновь подвижны и только после этого отправился посмотреть, кто ещё решил заглянуть сегодня ко мне в гости таким необычным способом.
– Кто здесь? – спросил, вглядываясь в темноту. – Если это какая-то шутка…
Договорить я не успел. Передо мной появилась фигура в ученической мантии лекарского факультета. Низко опущенный капюшон скрывал лицо, но я не сомневался, что передо мной девушка.
Обхватив моё лицо руками, она прижалась к моим губам поцелуем, после чего хотела сбежать, но я не позволил. Мне хватило доли секунды, чтобы понять, как я влип. Если бы у магов были истинные пары, я бы решил, что только что встретил свою.
Углубил поцелуй, теряя голову от малиновой сладости губ незнакомки. И, похоже, не я один поддался внезапно вспыхнувшему желанию.
Только собрался, наплевав на правила Академии, втащить её в свою комнату, как мне прилетела болезненная пощёчина.
– Нахал! – зло выкрикнула она, и что-то ещё про «лапать», но я не расслышал из-за звона в ушах.
Ошеломлённо смотрел вслед быстро удаляющейся фигурке, не понимая, что только что произошло. Решил, что обязательно найду эту, судя по метле, ведьмочку завтра и как минимум выясню причину внезапной смены настроения.
– А ты тут что делаешь? – заметил я Юджина, лежащего на подоконнике, когда собрался закрывать окно. – Вывалиться решил?
Умертвие показало указательным пальцем в сторону, куда улетела незнакомка, затем изобразило, будто щупает что-то круглое, и в конце сжало кулак, оттопырив большой палец вверх.
Теперь стало понятно из-за чьей шаловливой ручонки мне досталось.
Догадавшись, что накосячил, Юджин поспешил уползти обратно на кладбище, не забыв прихватить с собой трофейное полотенце.
Я же полночи не мог уснуть и ворочался в кровати с мыслями о таинственной незнакомке. Казалось бы, нужно всего-то присмотреться повнимательнее к лекарскому факультету. Вот только как, если занятия у нас проходят по разным корпусам?
Попросить брата?
В отличие от меня, Николаю Быстрову всегда легко давалось общение с противоположным полом. К серьёзным отношениям он не стремился, считая, что ещё слишком молод в свои двадцать четыре для подобного шага. Для него ничего не стоило закадрить очередную хорошенькую студенточку своим природным обаянием и подвешенным языком. Только за прошлый год он сменил не меньше пятнадцати девушек, среди которых были даже орчихи и дроу.
Брат вернулся только под утро, сильно нетрезвый, благоухающий приторно-сладкими духами и со следами помады на воротнике рубашки, в которой уснул прямо поверх одеяла.
«Нет, к родственной помощи прибегать не буду. Не хочу, чтобы моя ведьмочка стала очередным трофеем Коли!» – проскочила ревнивая мысль.
До первой пары было ещё рано, но я всё равно растолкал брата, отправил в душ и дождался, когда он приведёт себя в порядок, чтобы вместе пойти на завтрак.
Впервые я видел Колю в таком прескверном настроении. Мы шли молча, хотя обычно он трещал о всём чем угодно без остановки.
