– Спасибо, мамочка! – дочь незаметно стёрла рукавом покатившуюся по щеке слезинку и крепко обняла меня. – Ты у меня самая лучшая!
Стоя у порога родительского дома, стучать не торопился. Вместо этого осторожно коснулся ладонью двери. Защитное заклинание лишь на миг задумалось, словно удивившись моему появлению спустя столько лет, но послушно пропустило внутрь.
Мальчишкой, дом, в котором вырос, мне казался огромным, как императорский дворец. Сейчас он уже не выглядит в моих глазах таким большим.
Каждая вещь здесь хранит частичку воспоминаний о счастливом и беззаботном детстве. На стене с семейными фотографиями значительно прибавилось рамок. По новым снимкам можно было проследить, как растёт мой племянник, а годы берут своё над родителями.
Неприятно задело, но не удивило, отсутствие нашего совместного фото с Агнией, сделанного на маскараде в Академии. Кажется, я тогда был на четвёртом, а она на третьем курсе. Мама очень любила этот снимок, и мне он тоже очень нравился. Надеюсь, она просто убрала его подальше, а не выкинула с глаз долой. Я бы хотел его забрать.
На том месте теперь висел снимок, где Глеб в форме студента боевого факультета позировал на фоне Академии вместе с гордыми за сына Ником и Ларой. Брат раздобрел, обзавёлся небольшим животиком. К слову, Лариса тоже заметно округлилась лицом и фигурой, и уже не выглядела такой стройняшкой, как раньше.
Мы с племянником и правда были похожи, пойдя внешностью в одного из дедушек по материнской линии. Возможно, он тоже имел тёмный дар, вот только никаких упоминаний в семейной хронике об этом не сохранилось.
– Глеб? – послышался с лестницы заспанный голос матери. – Ты всё-таки передумал на счёт дня рож… Лёня?! О, светлые боги! Это и правда ты?
Громко шлёпая тапочками, мама резво сбежала по ступеням и бросилась обнимать меня, рыдая. Обнял в ответ, успокаивающе поглаживая по подрагивающей спине.
– Сын? – следом, на ходу запахивая халат, в одном тапке спустился ошеломлённый отец. – Лёня! Ты вернулся!
– У нас столько вопросов! – затараторила мама. – Где ты был? Почему ни разу не написал или не позвонил? Из твоего отряда… – она громко всхлипнула, – они прислали нам письмо, что ты погиб. Мы потребовали тело для захоронения. Нам пришёл отказ. Мы обратились к юристам… Тогда пришло другое письмо, где тебя признали пропавшим без вести. Но мы и этой бумажке не поверили. Отец её сжёг прямо на столе у этого мерзавца Фиша. Мы знали, чувствовали, что ты жив и вернёшься! Ты ведь останешься теперь с нами, правда?
– Я ненадолго зашёл. Сказать, что вернулся. Там, где мне пришлось побывать, не было связи. Позже, я обязательно вам всё расскажу. Но сейчас мне вновь нужно будет уйти. Есть неоконченные дела, которые не дают мне покоя.
Лицо отца заметно помрачнело. Он повернулся к матери и попросил её принести нам пирожки с чаем. Мама, ничего не заметив, сразу же засуетилась и убежала на кухню. Я догадывался, что одними пирожками дело не ограничится, и потянувшиеся с кухни ароматы лишь подтвердили это.
– Твоё дело как-то связано с твоей бывшей невестой?
– Не только с ней.
– Оставь её. Агния сделала свой выбор. У неё сейчас семья, дети, бизнес. Прахт неплохо жила, пока ты где-то там рисковал жизнью, – выплюнул отец ядовито.
Он оттянул ворот моей рубашки, безошибочно находя и оголяя один из побелевших шрамов. Я уверен, он и про остальные уже знает, незаметно меня просканировав.
– Она даже не позвонила нам. А когда мы встретились в Столице и вовсе прошла мимо, сделав вид, что мы не знакомы.
– Ты не прав, обвиняя Агнию незаслуженно, – сжал кулаки, из последних сил пытаясь говорить спокойно. – Она тоже жертва чьих-то гнусных игр. Не знаю, по какой причине, но она и правда ничего не помнит.
– Ты виделся с ней? – ахнул отец. – То есть ты первым делом, вернувшись после стольких лет, побежал к этой вертихвостке, а не к родителям, которые о тебе волновались в отличие от неё?
– Да, отец! – я всё-таки вспылил. – Я пошёл к этой, как ты выразился, вертихвостке! Знаешь, почему? Потому что она чуть за грань не ушла. И только я смог её вытащить! Агнию ранила тёмная тварь, когда она устраняла прорыв наравне с боевыми магами, к которым ни разу не относится! Она, рискуя собственной жизнью, защищала жителей Столицы и студентов Академии, среди которых, на минутку был и
Резко развернулся, направляясь на выход, и едва не сшиб застывшую в дверях побледневшую маму, нервно теребящую кухонное полотенце.
– Лёнь, а покушать?
– В другой раз, мамуль, – наклонился и поцеловал её в щёку.
– Значит, ты ещё придёшь? – спросила с надеждой.
– Обязательно! – пообещал я.
Открыл теневой портал перемещаясь домой.
К моему возвращению Белинда уже развела бурную деятельность. Дом сиял чистотой, на кухне мариновались заготовки для будущих блюд, и, судя по их количеству, к нам на ужин собиралась стая голодных оборотней, не меньше.
