Поцелуй обмана полностью

Я читала, и с каждым словом мне становилось труднее дышать. Закончив последний стих, я почувствовала, что по лицу течет холодный пот. Я принялась торопливо перелистывать старые листки в поисках каких-то пометок. Книжник скрупулезно заботился о таких вещах, внося книги в каталог. Найдя, я несколько раз перечитала их. Эти древние книги попали ему в руки через двенадцать лет после того, как родилась я. Это невозможно. Какая-то бессмыслица.

Я никогда, ни разу в жизни не встречала в королевстве Морриган никого с именем Джезелия. А при королевском дворе и подавно. Именно это и заставило моего отца так сильно возражать против этого имени – отсутствие прецедента. Откуда мама взяла это имя? Не из этой книги.

Я спустила рубашку с одного плеча и изогнулась, чтобы посмотреть на свою каву. Упрямая лапа с когтями и лоза никуда не пропали.

Великие замыслы действуют по-своему. Я замотала головой. Нет, только не это. Всему найдется разумное объяснение. Я запихнула книги в седельный вьюк. Странный лес испугал меня, я устала за день, да еще и возбуждена работой над переводом. Вот и все. Не бывает никаких драконов, а тем более таких, чтобы питались кровью младенцев. Бессмыслица. Я нахожу в книге смыслы, которых на самом деле в ней нет и не может быть. Вот перечитаю это завтра при свете дня, и все прояснится.

Я положила в огонь толстый сук и, свернувшись на попоне, заставила себя думать о другом. О хорошем. Я представляла Паулину, чудесного ребенка, который у нее родится, думала о Берди и Гвинет, которые будут ей помогать, об их жизни в Терравине, спокойной и безоблачной. Хоть кому-то посчастливится прожить жизнь, о которой я так мечтала. Ах, как бы я хотела быть сейчас там. Я думала о том, что не отказалась бы сейчас от большой миски рыбной похлебки Берди, вспоминала перекличку судовых колоколов в заливе, тихие разговоры гостей в таверне, рев Отто, запах соли в воздухе и Гвинет, метко оценивающую нового посетителя.

Точно так же, как она оценила Рейфа.

Я становилась сильнее и набиралась сил, но в чем-то делалась слабее. С того самого дня, как я увидел тебя впервые, я каждую ночь засыпаю с мыслями о тебе, и когда просыпаюсь утром, мои первые мысли о тебе.

Я закрыла глаза, поворочалась, устраиваясь на попоне и молясь, чтобы пораньше наступило утро.

Он погиб в сражении, говорила мне мама, так же, как погиб Микаэль. Я никогда не знала своего отца, но всегда представляла, что он был прекрасным и добрым человеком, беззаветно любящим меня, готовым всегда прийти мне на помощь, ласково обнять и утешить в горестях. Именно так я и буду описывать своему малышу его отца. Но я отлично понимала, что не у всех отцы таковы. Отец Лии был совсем другим.

Король человек сухой и сдержанный, больше монарх, чем родитель – но и у него, конечно, сердце не из камня, а в жилах течет не ледяная кровь. Лии необходима помощь. Прошло уже больше месяца, как ее похитили, а мы ничего не знали – и от Рейфа до сих пор не было ни словечка. Хотя я и не сомневалась, что Рейфу нравится Лия, однако он и отряд его соратников не внушали мне уверенности, и с каждым прошедшим днем моя надежда на их помощь слабела. Я не могла больше ждать. Вице-регент всегда симпатизировал Лии. На него сейчас была вся надежда. Он сумеет поговорить с королем, смягчить его сердце и вымолить помощь.