Роза посмотрела на здание. Базилика была не завершена, но всё равно потрясала. Дизайн Гауди для римской католической церкви был как нечто из фантастики про пришельцев. Роза перевела взгляд с поразительной архитектуры на Фионна.
— Тут?
— Тут нам не помешают сверхсущества. Они избегают религиозных мест.
— Вампиры, ненавидящие кресты, это правда?
Фионн покачал головой.
— Нет. Не вздумай биться с вампиром крестом. — Он посмотрел на здание. — Многим юным сверхсуществам, включая ведьм и колдунов, плохо на святой земле. На это есть несколько теорий. Моя — что вера создаёт энергию — по сути, свою магию. Эта энергия сильнее всего в местах как церкви. Думаю, эта энергия отталкивает энергию, из которой созданы сверхи, и которую используют ведьмы и колдуны, потому им и не по себе.
Роза была заинтригована и осмотрела здание.
— Почему ты думаешь, что энергия отталкивает?
— Потому что вера людей в богов связана с духовным планом. Мы верим в магию природы, которую видим. Первое — вера. Второе — не вера, а принятие. Принятие важно, но вера, как я узнал, обладает своей силой. Такое я видел веками. — Он повернулся к Розе. — Из сверхсуществ, которые заходили в места религии, я видел лишь тех, кто обращался к богам, прося объяснить своё существование.
— Есть сверхи, которые верят, что Бог сделал их такими?
Он кивнул.
— Они думают, что истории о фейри — сказка. Помни, редкие и в обществе сверхсуществ верят, что история происхождения — правда.
Так убегать будет проще, если ей не придётся всё время сталкиваться с фанатиками. Она вздохнула и разглядывала базилику.
— Мне не неуютно.
— Так будет. Потому я и привёл тебя сюда. В бою ты, скорее всего, будешь в меньшинстве, дезориентирована. Тебе нужно научиться сосредотачиваться в такой ситуации.
Роза охнула в ужасе, поняв, что он на самом деле собирался тренировать её в храме.
— Ты не можешь тренировать меня в известной во всём мире церкви.
— Могу и буду.
— Эм… я была там, Фионн. Там камеры наблюдения, сканеры и много охранников.
Её наставник цокнул языком, глядя на неё с нарочитым разочарованием. А потом поднял руку и помахал.
— Фейри, — напомнил он.
Фионн вёл себя странно, и Роза невольно рассмеялась. Если кто и выглядел не так, как люди представляли фейри, то это Фионн Мор.
Свет в базилике озарял лицо Фионна, веселье блестело в его зелёных глазах. Улыбаясь, она скрестила руки на груди, дожидаясь, пока два туриста отойдут.
— И что ты собираешься делать?
— Я это делаю. Их камеры, пока мы говорим, показывают одно и то же. Внутри я уберу стражу — просто вырублю их, — сказал он, не дав ей возразить.
— Как ты сделаешь это, если ты дезориентирован?
— Дорогая Роза, — он говорил недовольно, но слова вызвали трепет в животе. — Я самый старый на этой планете. Меня редко что может сбить с толку.
Трепет усилился.
— Не буду врать… часть про старого может испугать девушку, но бессмертие — это довольно возбуждающе.
Фионн закрыл глаза и поджал губы на пару секунд. А открыв их, посмотрел с упрёком.
— Хватит флиртовать. Сосредоточься.
Ей так нравилось его злить, что это было странно.
— Я могу делать и то, и другое.
— Если Бог существует, — пробормотал Фионн церкви, — пусть даст мне терпение.
Решив дать ему перерыв, она хлопнула в ладоши.
— Ладно, теперь серьёзно. Если мы решили осквернить святую землю, давай уже сделаем это. Какой план?
Он разглядывал её миг, а потом, убедившись в готовности, ответил:
— Мы перенесёмся. Остерегайся того, что похоже на железо. Тебе сложно навредить, но чистое железо, как, например, кинжал Этана сильно ранит. Лучше быть осторожнее. Ты…
— Я подумала, — Роза перебила его, а потом виновато посмотрела, — как я вообще избегала чистого железа всю жизнь?
Фионн задумался.
— Оно используется не так часто, как смешанное, потому что в нём меньше карбона, оно мягче. В последние несколько лет его стали использовать чаще, но меня не удивляет, что ты с ним не сталкивалась.
— От него очень больно?
— Не знаю. Я избегал его три века, хотя на меня нападали сверхи.
Она улыбнулась, невольно кокетливо. Он вызывал это в ней.
— Ты опасный.
Игнорируя её, Фионн указал на здание.
— Ты была тут раньше, так что будет проще. Но внутри ты ощутишь эффекты святой земли. Головокружение, тошнота, растерянность.
Казалось невесело.
— А охранники?
— Я пойду первым, чтобы убрать их. Перенесись после меня через пять минут. — И он пропал. Роза моргнула, огляделась, проверяя, что никто не заметил, как он пропал, но люди у церкви стояли спиной к Розе.
— Блин, — проворчала она. — Я никогда не привыкну к этому. А ещё, — она вскинула руки. — У меня нет часов.
Выжидать примерно пять минут было ужасно долго. Роза знала, что люди не могли ему навредить, если у них не было чистого железа, но она переживала за Фионна. Он был в её жизни меньше двух дней, но его отсутствие ощущалось неправильно. Хоть она не знала его, он стал как родным, что редкость для её жизни. У Розы возникли чувства к нему. Если бы кто сказала Розе, что у неё возникли сильные чувства к парню, которого она знала всего сорок восемь часов, она бы возмутилась.
