Чтобы там Элиас не подмешал в эль, но от этого он стал горячее, чем ад, и столь же, своенравным, как жеребец, учуявший запах кобылы. Подойдя поближе, мужчина заметил группу женщин, танцевавших вокруг горящего костра. Их волосы свободно спадали на плечи и спины, на головах они носили цветочные венки; некоторые были одеты в тонкую сорочку, но другие были абсолютно голы.
Кристофер сглотнул, так как его пенис набух от такой соблазнительной картины. Не отрывая взгляда от танцовщиц, он расстегнул кожаный пояс на талии и позволил ему вместе с гульфиком и ножнами кинжала свободно упасть на землю. Он подошел еще поближе, зная о мужчинах, сидящих с затемненной стороны в «хищном» кругу: они смотрели на танцовщиц, в то время как сами пели и били в барабаны.
Там была и она.
Кристофер увидел Розалинду и понял, что не может двинуться. Несмотря на надетую сорочку, линии ее тела были освещены огнем, показывая округлость груди, соски и темный треугольник между бедрами. Рефлекторно, его рука опустилась коснуться его члена, и он прошептал ее имя. Кристофер пошел вперед, намереваясь подойти к ней и вывести из танца. Но, как только он сделал шаг, музыка изменилась, и все мужчины присоединились к женщинам, кроме жрецов, которые носили головные уборы с оленьими рогами.
Несмотря на чувство, что он идет как во сне, Кристофер набрал темп и побежал к Розалинде. Он вдыхал сладкий дым костра и чуть не упал в обморок, поскольку новая волна чувств смела его. Он поймал ее за руку и развернул к себе.
Ее губы сложились в беззвучное «о» прежде, чем он накрыл их своими, обняв ее и поцеловав. Чувства благодарности, страха и просто сексуальной потребности ревели в нем, он прислонил ее, к ближайшей твердой поверхности, неистово целуя.
Она положила руки на его плечи и притянула ближе. Через льняную рубашку ее ногти впились в его кожу, и он застонал от абсолютного удовольствия. Но ее рта было недостаточно; он должен попробовать всю ее, каждый дюйм ее плоти. Он расцеловал ее длинную лебединую шею и приподнял грудь, прижав губы к тонкому муслину, всасывал ее сосок ртом.
Девушка задохнулась и выгнула спину, предлагая себя ему, предлагая ему все, о чем он когда-либо мечтал. Кристофер двигал коленом между ее бедрами, пока она не захотела его. Великолепный аромат ее возбуждения проник в его чувства, прибавляя и увеличивая потусторонние ощущения, созданные дымом.
Он передвинул рот к другой груди, использовал пальцы, чтобы сохранять сосок твердым и покалывающим, и резко всосал кожу. Она схватила его за волосы, чтобы еще сильнее прижать к себе, мужчина застонал. Забывая об осмотрительности, он просто опустился напротив ее мягкости. Он хотел видеть ее голой; он хотел, чтобы его рот оказался на ее влажном лоне, облизать языком гладкую влажность, когда Розалинда прокричит его имя …
Кристофер поднял голову и посмотрел ей в глаза. Зрачки стали настолько черными, что исчез почти весь коричневый цвет. Она хоть знала, что это был он? Это имело значение? Теперь она была у него, и он совсем не собирался позволить ей снова уйти. В беззвучной просьбе он взял ее руку, положил ее на штаны, и настойчиво толкнул себя в ладонь девушки.
Ее взгляд упал на его член, она развернулась и, рассмеявшись, побежала прочь. На мгновение он хотел завыть, но у него не было времени. Он должен идти за ней, должен оберегать ее, иметь ее, взять ее,
При беге длинные волосы девушки развивались за спиной. Снедаемый влечением старше, чем само время, он последовал за нею дальше, в центр долины, мимо других пар, открыто совокупляющихся на земле, мимо священников, барабанщиков и танцоров. Его сердце колотилось в груди, а член вторил ему пульсирующей потребностью.
Где-то в глубине души он знал, что больше не принадлежит себя, что он больше не цивилизованный человек, что он больше не способен отрицать свое желание, но он не мог остановиться. Это было почти точно так же, как наблюдать за собой в чудовищном королевском маскараде или театре.
Он споткнулся и вытянул руку, чтобы устоять на ногах. Кристофер почувствовал, как под кончиками пальцев разливается боль, причиненная камнем. Розалинда прекратила бежать и, находясь уже во внутреннем каменном круге, оглянулась на него. Девушка сбросила свою сорочку и посмотрела на партнера. Кристофер бросил долгий последний взгляд через плечо на теперь уже удаленные огни и других гулявших.
Юноша прошел между вертикальными камнями и, зашатавшись, чуть не упал. Словно он разорвал невидимый занавес и вошел в волшебную пустоту, где может произойти все что угодно. Он вдохнул густой, плотный воздух, который, казалось, шел от самых камней и дышал вместе с ними.
Он не мог остановиться.
Он должен идти за ней.
