Алиса. Их мелкая, рыжая, веселая Алиса. Она сейчас в Аду. Она работает работу, которая поможет демонам лучше, эффективнее, качественнее мучить души умерших. Вампиресса получит за эту работу деньги. Просто работа. Возможно, Арвистер отправил их с братом на смерть. Просто работа. Та черно-белая тварь, при взгляде на которую у Шпильки выморозило душу, тоже несвободна. Тоже работает. Есть те, кто могут вынудить даже такое чудовище делать что-то полезное.
— К-к-к-когда-то… — пролязгала зубами задрогшая Шпилька, не глядя на обеспокоенно сопящего брата, — Я ж-ж-ж-жабу п-п-п-п-поте-рр-ряла. Ч-через д-до…
— Помню! — раздраженно прервал её брат, — Весь город помнит! Через дорогу не перенесла! Ты аж прославилась!
Ей обещали кварту за ту работу. Всего лишь паршивую кварту, четверть талера. Дело было не в жабе, точнее, не совсем в жабе. Она была лишь сигналом. Но где, демоны Иерихона, ей было взять другую жабу в городе⁈ Да и неважно.
— Я в этот день была счастливее всего в своей жизни. До… жабы, — глухо проговорила Анника, вылезая из ванной, — Идем, братец, нас ждет работа. Только кровь смой.
Вампир трахнул мир Шпильки. За секунду поставил тот раком, и в два-три толчка лишил всего. Вообще всего. Он сделал это даже не со зла. Просто решил, что они с Шегги готовы… повзрослеть по-настоящему. Не от акоса дикого гоблина, приближающегося к тебе сзади, а от того, что всегда тебя окружало. Назвалась бойцом Управления? Блюститель доверит тебе информацию. Так, что ты будешь жалеть остаток жизни.
Через десять минут они уже сидели в машине и кусок полуразумной слизи вез их по городу. Шпилька сохла, деловито проверяя свои ножи, Шег молчал. Затем заговорил:
— Когда он пришёл жить к себе в дом, он постучал. Я взбесился, выскочил, злой. Он не испугался вообще. Стоял, улыбался, смотрел. Он не знал, насколько мне снесло башню, Ан. Ему…
— Ему было плевать, братец, — дёрнула рукой Анника, перебивая брата, — Конрад, он…
— … страшный, — мрачно перебил её лысый полутролль, — Страшнее З’Врааса.
Вампир, который уничтожил огромный мир, Канадиум. Король, который вернулся, а затем взял всё то, что хотел. Существо, которому они обязаны всем. Блюститель, пасущий миры.
— Мы выполним то, что он нам доверил, сестра, — глухие слова лысого неуклюжего здоровяка.
— Любой ценой, — сухой, еле слышный, ответ его маленькой как кукла сестры.
Иначе старый добрый Конрад, улыбающийся и милый, домашний и благодушный, сможет их найти и
Нет. Блюститель.
Они будут ехать и ехать, запутывая следы, подъедут почти к самой точке своего назначения, но затем вновь уйдут на следующий круг, чтобы перекусить в одном крайне недорогом заведении, указанном на картах. Там, прямо за отвратным на вкус пойлом, которое даже полугоблины не назовут «кофе», их атакуют несколько вооруженных нелетальным оружием полуэльфов. Брат с сестрой не ответят им взаимностью, из-за чего кафешка будет буквально перекрашена кровью нападавших. Чудовищная сила и выносливость полутролля, совмещенные с ловкостью его прекрасно бросающей ножи сестры, будет не той комбинацией, с которой могли бы справиться эти полуэльфы.
Дальше они будут уходить пешком, подворотнями, заляпанные чужой кровью с ног до ушей. Не сказать, чтобы быстро, потому что быстро Шеггарт в жизни бегать не умел, а его сестре за время заварушки слегка достанется. Тем не менее, пару ищеек, специально выведенных для выслеживания тварей, напоминающих помесь собаки и рептилии, они еще успеют убить.
Затем… затем их просто накроют парализующим заклинанием. У уязвимых к магии полукровок, выросших в Омниполисе, не будет ни малейшего шанса против почти небрежного заклятия, брошенного эльфийской рукой. Следом их окутает туман магии, приносящей неодолимый сон. Веки Анники и Шеггарта Скорчвудов сомкнутся, а их разумы окутает тьма.
Их задание останется не выполненным.
— Если ты будешь дальше прожигать дырку в моей заднице взглядом, то я выколю тебе глаза!
— Во-первых, твоя задница одета в черное, ничего не видно, — пропыхтел я, удерживающий свою бывшую начальницу за изящные ступни, — Во-вторых, у меня очень хорошая память, как ты могла убедиться! Я помню твою задницу. Она такая же, как и двести семь…
— Конрад, заткнись! И выплюнь мой хвост!
— Не надо было пытаться им меня ударить. Мне и так несладко!
— Почему я до сих пор не наложила на себя руки… или на тебя! — злобно пропыхтела госпожа Эмма Старри, продолжая вращаться в дырке, ставшей для неё ловушкой.
— Ты всегда была слишком амбициозной, — предположил я, контролируя тело женщины так, чтобы она не переломала себе крылья, — Лишаться такого удобного инструмента как я? Нет, ты на такое не способна.
— Удобного⁈ — глухо возмутились снизу, — Это ты про себя⁈
— Ты меня регулярно пыталась убить на протяжении двухста семидесяти двух лет, дорогая. Однако вот он я, вновь между твоих ног, как в старые добрые времена. У тебя есть другое объяснение этому?
Женщина замерла аж на половину минуты.
