- Да зачем уже вспоминать про это? – уклонился от ответа Брайер и тут же указал вниз: - Смотри, королевские гвардейцы!
По улице и в самом деле вышагивали строем солдаты с нашитыми на рукава красно-черными эмблемами.
- Вороньё слетелось, - пробормотал колдун, отходя от окна.
Я тоже отошла вглубь комнаты, снимая чепец. Зеркало отразило какую-то незнакомую мне девушку – румяную, с яркими глазами и длинными каштановыми кудрями… Кружева нижней рубашки казались ослепительно-белыми, потому что я загорела, бродяжничая по дорогам Швабена. Раньше загар был признаком бедности…
Принцесса?..
Вот точно – нет. Так, крестьяночка.
Нам принесли воду, и Брайер с облегчением запер двери, после чего избавился от чепца и платья, завалившись на одну из постелей.
Я тоже заперлась – в ванной, и плескалась, пока вода не остыла. А потом был на удивление спокойный и приятный вечер – первый за все дни. Мы с Брайером сидели возле окна, пили горячий ароматный чай и ели восхитительно вкусные вафельные трубочки с кремом.
Голуби гоняли по крышам, пролетали мимо нашей комнаты – сизые, белые. Я сгребла в горсть крошки, оставшиеся от вафель, и высыпала на карниз.
Колдун следил за мной взглядом, и вдруг спросил:
- Злишься на отца?
Мне пришлось подумать, прежде чем ответить.
- Нет, - сказала я, в конце концов. – Невозможно злиться на того, кого никогда не видела, и знать не знаешь. К тому же, как только я вернусь домой, всем его продажам придёт конец. У нас, знаешь ли, людей продавать нельзя.
- В самом деле? – вежливо спросил Брайер, так что я сразу поняла – не поверил.
- Продавать людей – противозаконно, - объяснила я ему терпеливо, как ребёнку. – У нас все люди свободны – и мужчины, и женщины. У нас медицина на высоте, и каждый может общаться с друзьями и родными по всему миру безо всякого колдовства.
- Ух ты, - оживился Спящий красавец. – А чем в твоём мире занимаются принцессы? Здесь они стараются быть самыми красивыми, чтобы о них слагали легенды и баллады, и какой-нибудь герой влюбился и умчал их в своё королевство. А ты как-то не так выглядела, как подобает настоящей принцессе.
- Просто в нашем мире женщина – это не красивая добыча. Женщина, знаешь ли, тоже человек.
- В самом деле?
Этот вопрос был задан тем же тоном, что и про продажу людей.
- Не веришь? – я усмехнулась и высыпала на подоконник последние крошки, наблюдая, как голуби жадно набросились на угощение. – Представь, всё именно так. Женщины в моём мире одеваются, как хотят. Хотят быть красивыми – надевают каблуки и платья. Хотят быть модными – надевают брюки и удобную одежду. А хотят – вообще плюют на всё и носят джинсы с футболками.
- Тогда понятно, откуда у вас столько нелепых женщин, - с уверенностью заявил Брайер, откидываясь на спинку кресла и лениво щурясь. - Значит, ты плюнула на всё?
- К твоему сведению, не плюнула, - мне надо было оставаться спокойной, но колдун говорил ужасно обидные вещи, и это раздражало, это нарушало спокойствие этого вечера. – У меня интересная, насыщенная жизнь, я работаю, хочу в кино, общаюсь с друзьями…
- С какими друзьями? – тут же задал он новый вопрос. – С этой Анькой? Мы же выяснили, что у тебя нет друзей.
- Мы выяснили? – я начала злиться. – Ты ничего не знаешь о моей жизни, сам что-то придумал, а теперь – мы выяснили!
- Сердишься, - сказал Брайер с удовлетворением. – Значит, я прав.
- Ничего ты…
- А кем ты работала, принцесса?
Что-то в одно мгновение погасило ссору. Наверное, вовремя ввёрнутое слово «принцесса». Даже если я не хотела в этом признаваться, мне всё равно было лестно, что Спящий красавец разглядел во мне принцессу, а не нелепую женщину или – ещё хлеще! – нелепого мальчика.
- У меня была очень хорошая работа, - начала я важно. – Хотя… почему – была. Она есть… Была… А! – я махнула рукой. – Госпожа Шпек меня точно уволит. За прогулы.
- Так кем?
- Гидом в музее.
- Как тот старик? И что там было, в этом музее?
- Там… - я посмотрела на него и замолчала.
Колдун с интересом ждал ответа, а я не могла сказать ни слова. Будто на меня снова наложили заклятье безмолвия.
В том музее был портрет. И комната в розах. И я рассказывала легенду о красавице Брайер, которой на самом деле не было, и любовалась тем, кого считала Вильгельмом Георгом Густавом фон Розеном. Но оказалось, что любовалась вовсе не им. Всё было не так, как казалось. И я была совсем не той, как о себе думала…
- Что такое, Маринетта? – спросил Спящий красавец мягко и взял меня за руку.
Что такое?.. Я продолжала смотреть на него молча. Да ничего особенно. Просто как-то так получается, что моя прежняя жизнь была ненастоящей. Всё обман. Всё – сон…
- Держи, - Брайер достал из корзины учебник по магии. – Читай. Что тебе больше всего придется по душе, то и попробуем. Там простенькие заклинания, справится даже канарейка.
Он засмеялся своей шутке и принялся насвистывать, наблюдая закат над крышами Вундхайля. А я послушно открыла книгу, сразу попав на строки цветочного заклинания: «Я розу сорвал и цветок подарил той деве, что нежно и тайно любил».
Да что же повсюду эти розы!
