После нападения злобных ликанов, уничтоживших ее родителей, Кит Марч игнорировала правила, гласящие, что только мужчины могут быть охотниками, и посвятила свою жизнь уничтожению ликанов. Ее профессия ужасно сказывалась на ее личной жизни, но она смирилась с нехваткой романтических отношений, пока не встретила Рейфа Сантьяго – греховно сексуального агента оборотня из Европы. К сожалению, Рейф – мужчина с миссией: искоренить неуправляемых охотников из американского отделения… и самым важным именем в его списке было – Кит Марч. Рейф всегда ставил дело выше удовольствия, но что-то в этой колючей, и все же ранимой женщине сделало непонятное с этим человеком, который никогда прежде не позволял эмоциям брать над собой верх. Беспощадный охотник отлично устранял угрозу, но он не знал, как справиться с Кит, представлявшей угрозу его сердцу. Мир ликанов всегда был черно-белым. Но теперь правила внезапно меняются. Мощь назревавшего возбуждения подвергла Кит и Рейфа страшной опасности, казалось, чему только они не противостояли… включая друг друга. Была ли страсть между ними всего лишь иллюзией? Или только она была настоящей?
Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru
Куратор:
Над переводом работали:
Бета:
ЛЮБИТЬ И ПОЗВОЛИТЬ УМЕРЕТЬ…
Маленькому принцу в моей жизни – ты герой дня.
70 г. н.э.
Языки пламени лизали ночное небо, оттеняя воздух жутковатым кроваво-красным светом. Луна, залитая такой же краснотой, следовала за их движениями; огромное око следило, как они мчались через деревню, своими ногами прокладывая дорогу в грязи и по снегу.
Они пробирались мимо глупо таращившихся, загипнотизированных жителей деревни. Пламя от горящей крепости окрашивало их лица в демонический красный. Со страданием на лицах крестьяне наблюдали за пламенем и дымом, пожиравшим крепость на вершине холма. Наблюдали, вместо того чтобы убегать. Как должны были. Как делал он.
Его легкие выпустили холодный воздух, морозом опалявший его слишком напряженную грудь. Несмотря на зимний воздух, руки матери, тащившие его за собой, были горячими, скользкими от пота. Дыхание, вырывавшееся из ее синюшных губ, было громким, частым и тяжелым, и облачками пара заволакивало воздух перед ними.
Она тянула его за собой, ее голос граничил с безумием.
– Не останавливайся, Кристоф! Не оглядывайся!
Они бежали. Спасались от крови, хаоса, тварей, которых ничто не могло остановить: ни мечи, ни боевые топоры вооруженных рыцарей. Не работало. Ничего.
Задыхаясь от дыма во влажном воздухе, он старался поспевать за ее широкими шагами. Споткнувшись о выступавший кривой корень, он упал, ушибив руку.
Растянувшись на жесткой мерзлой земле, Кристоф не смог себя остановить. Он должен увидеть. Должен посмотреть. Горло перехватило, он оглянулся через плечо, почувствовав себя женой Лота [1], обернувшуюся на последнюю искру проклятого Содома.
Даже после того что случилось, после всего увиденного, с его губ сорвался потрясенный вздох, когда он посмотрел на свой дом, полыхавший в гнезде пламени с большим шлейфом дыма, извивавшимся черной змеей так, будто целуя луну.
Даже на охваченном пламенем парапете мальчик увидел фигуру, безумно мечущуюся взад-вперед, сотрясающую небеса своим страшным воем. Его большие когтистые руки жадно хватали воздух.
