Она посасывала его шею, натягивая зубами теплую ткань кожи, пока не почувствовала, как та рвется, пока не почувствовала потрясающий металлический привкус крови Каспена. Горячая влага хлынула в ее рот волной желания, когда она взяла то, что он уже давал ей добровольно. Тэмми хотела пометить его, причинить тень той боли, которую он причинил ей. Пальцы Каспена сжали ее голову, прижимая к себе. Он отдался ей так же, как она отдалась ему — так же, как любой любовник отдал бы власть возлюбленной. Когда Тэмми отпустила его, она триумфально откинула голову назад. Каспен поцеловал ее в шею.
Потом они лежали вместе, ее голова была у него на груди. Тэмми провела пальцами по его шее. Рана уже зажила.
— Я увижу тебя завтра? — прошептала она в его кожу, запоминая его вкус.
Он мягко вздохнул, притягивая ее ближе.
— Боюсь, что нет. У меня есть дела, которыми нужно заняться.
Снова о таинственных «делах». Тэмми не стала утруждать себя расспросами. На данный момент она даже не хотела знать, что это.
— А как насчет следующего дня?
— Передача Короны.
— И что?
— Итак, — он снова вздохнул. — Тебя ждут на церемонии.
В конкурсе осталось пять девушек. Следующий отбор должен был состояться на балу, после чего последние три оставались в замке до тех пор, пока принц не выберет себе жену. Тэмми и представить себе не могла, что зайдет так далеко.
Тэмми попыталась поцеловать его. Это казалось лучше, чем разговаривать.
К ее удивлению, Каспен не клюнул на наживку. Он удержал ее, глядя прямо в глаза.
— Тэмми. Я знаю, что человеческий принц любит тебя.
Теперь настала очередь Тэмми вздохнуть.
— Он сам не знает, чего хочет.
Это тоже было правдой. Лео все еще был влюблен в Эвелин. В результате он был непредсказуемым — управляемым эмоциями и склонным к опасной спонтанности. Он был обычным человеком и всегда им будет.
— Он хочет
Тэмми снова вздохнула.
— Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Каспен притянул ее еще ближе.
— Я бы хотел, чтобы ты вспомнила, кому ты принадлежишь.
— Никогда не смогу забыть, — прошептала Тэмми. Она хотела снова заняться сексом. Но все еще оставались вопросы, на которые требовались ответы, вопросы, которые терзали ее душу с ни с чем не сравнимой настойчивостью. — Ты так и не сказал мне, кого ты крестовал.
Каспен внезапно замер. Его темные глаза встретились с ее.
— Это было сделано намеренно.
— Я знаю. Но ты должен мне сказать.
— Почему?
— Потому что тебе надоело хранить от меня секреты. И твое прошлое имеет значение.
Каспен наблюдал за ней с тем же глубоким взглядом, к которому она привыкла. Было так легко потеряться в его глазах, забыть, о чем она спрашивала.
— Это не должно иметь значения, — сказал он.
— Но это имеет значение. — Тэмми нежно положила руку ему на грудь. — Каспен, — прошептала она. — Расскажи мне.
Их тела были прижаты друг к другу. Между ними не было пространства — негде спрятаться.
В конце концов Каспен заговорил.
— У драконов были трудности с сенеками на протяжении веков, задолго до войны с людьми.
Тэмми хранила молчание, дыша с ним в унисон.
— Оба гнезда боролись за власть. Временами битвв становилась жестокой, — Каспен сделал паузу. — Мой отец, — медленно произнес он, — превыше всего ценит власть. Ради нее он готов пожертвовать чем угодно.
Тэмми подумала о том, что отец Каспена был настоящим Змеиным королем. Она могла только представить, чего стоило получить и сохранить такой титул.
— Правда? — спросила она.
Взгляд Каспена метнулся к ней.
— Что?
— Он готов пожертвовать чем угодно ради власти?
Каспен притянул ее ближе, как будто боялся, что она может ускользнуть.
— Забудь.
По какой-то причине Тэмми похолодела.
— Каспен, — прошептала она. — Расскажи мне, что случилось.
— Это несложно, — тихо сказал он. — Мой отец хотел занять трон. На пути стоял еще один василиск. Мой отец попросил меня крестовать его, и я так и сделал.
— Кто?
Его губы сжались в тонкую линию.
— Отец Роу.
Тэмми с совершенной ясностью вспомнила разговор в бальном зале:
Она вспомнила, с какой ненавистью Роу смотрел на Каспена — как он назвал его предателем. Каспен убил себе подобных. Он одолел еще одного василиска и в процессе нажил врагов. Тэмми не могла понять, почему отец просит о подобном своего сына.
— Зачем ты это сделал?
Каспен вздохнул.
— Нет предела тому, что я готов сделать для тех, кого люблю.
Тэмми не могла не провести параллель в их ситуациях. Оказавшись перед невозможным выбором, Каспен выбрал более трудный путь — путь с последствиями. Теперь, столкнувшись с перспективой проведения ритуала, Тэмми почувствовала похожее притяжение. Она нежно прижалась губами к его губам.
Также не было предела тому, что она могла сделать для тех, кого любила.
Глава 22
Утро наступило раньше, чем все было готово.
