Тебя вырывают прямо из объятий первого красавца университета, похищают, запирают в замке и готовят к какому-то странному ритуалу… Тебя никто не ищет: твои близкие уверены, что ты уехала из страны… Казалось бы, хуже уже быть не может. Не сомневайся — может! В тексте есть: инцест, групповой секс.
— За тебя! Ты… красивая, — голос Арта неожиданно осип.
Бокалы звякнули, и Лис сделала два больших глотка. Терпко. Кисловато. Красное сухое. Мало.
Она жадно глотнула еще.
Они оба знают, зачем они здесь. И от этого ужасно неловко. А еще оттого, что в доме не включена ни одна лампа, зато горят свечи. Оттого, что из колонок мурлычет что-то французское и романтичное. Оттого что три часа назад Лис сделала депиляцию и достала из фирменного пакетика комплект дорогого белья — подарок подруги, который до этого не было повода надеть…
Она подняла глаза. Нет, это он красивый. Светлые волосы, тонкие черты лица, аристократические руки с длинными пальцами. Он… она поискала слово. Хрупкий? Изящный? Не то… Если бы проводили кастинг на роль эльфийского принца, этот парень бы с легкостью обошел любых конкурентов.
Слишком красивый. Такой совершенный, что до него страшно дотронуться. Он как произведение искусства. Поэтому она и зовет его — Арт. Только она. Все остальные не заморачиваются и зовут как в паспорте — Артемом.
— Еще вина? — он накрыл ее руку своей.
Дыхание сбилось.
Лис взглянула на свой бокал. Несколько капель на дне… Когда она успела его прикончить? Снова неловко.
— Нет… Хотя да.
Она наконец решилась и заглянула в глаза Арта. Зеленые, глубокие.
По нему сходила с ума половина их курса. Сколько девчонок мечтали бы сейчас оказаться на ее месте! А сама она об этом мечтала? Точно об этом? Да откуда ей знать! В конце концов, может, Светка права — быть девственницей в девятнадцать лет «не-при-лич-но!». Лис чуть улыбнулась, вспомнив, с какой забавной рожицей подруга делала это заявление.
Допустим, на то, кто там и что считает неприличным, Лис плевала с высокой башенки. Просто в последнее время всё чаще появлялось смутное ощущение, будто она что-то в этой жизни упускает. Что-то очень важное. И эльфийский принц имеет к этому какое-то отношение. Или нет?
Изящным движением Арт плеснул вина в бокал.
Лис сделала глоток, другой, нервно улыбнулась и попыталась собраться с мыслями.
Итак, что мы имеем? Бокал наполовину полон или наполовину пуст? Да нет же, он просто пуст! И это уже третий. Хватит.
Она поставила бокал на столик, туда — к тонко нарезанным фруктам, свечам и розам в хрустальной вазе — молчаливым соучастникам того, что вот-вот произойдет.
И что теперь? Что дальше?
Нет, не то чтобы она не догадывалась. Фильмы, книги, статьи в интернете… А еще многочисленные и подробные (о, порой даже чересчур подробные!) рассказы подруг… В общем, в теории она знала всё очень хорошо. А вот на практике… На практике было страшно. Так страшно, что пересыхали губы и совсем не пьянило вино.
Арт тоже опустил бокал на стол. Привлек ее к себе и мягко коснулся губ губами. От него пахло фруктами и почему-то морем. И от этого становилось чуточку спокойней.
Лис несмело приоткрыла рот и позволила языку Арта проникнуть внутрь. Сладковато-терпкий привкус поцелуя мгновенно повысил градус выпитого. У Лис закружилась голова. Тело отозвалось, напряглось, а по натянутым как струна нервам прошел разряд, сладкой истомой сконцентрировавшись внизу живота. Жар от глубокого затянувшегося поцелуя продолжал проникать в каждую клеточку ее тела. Лис сдалась. Ее уже не волновало, что будет дальше: все мысли дезертировали, уступив место неведомым до сих пор ощущениям.
Губы Арта скользнули по раскрасневшейся щеке. Горячий язык прошелся по нежной линии шеи. Сантиметр за сантиметром он продолжал завоевывать ее тело. Нежные руки гладили спину, спускались ниже, словно обрисовывая легкими касаниями все изгибы ее фигуры. Останавливались, дразнили, поглаживая тонкую кожу. И тут же скользили вниз, заставляя девушку глухо стонать от непривычного удовольствия.
Лис осмелела и начала, едва касаясь, исследовать тело Арта. Потом потянула вверх за края футболки, нетерпеливо стягивая ее. Остановилась, с удовольствием рассматривая обнаженный торс. Впечатление хрупкости оказалось обманчивым. Тело выглядело поджарым, но сильным и мускулистым. Она залюбовалась точеными кубиками пресса, будто вышедшими из-под рук гениального скульптора, четко очерченными мышцами рук… Ей до головокружения захотелось погладить это совершенное тело, пальцами ощутить все его рельефы и перепады. Лис осторожно, словно боясь обжечься, дотронулась до плеча юноши. Какой горячий! Провела рукой от шеи по груди, по животу и нерешительно остановилась возле пряжки ремня.
Арт шумно выдохнул, прижал ее к себе и опрокинул на мягкое покрывало. Неуловимое движение — и вот уже шелковая блузка скользнула по телу и белым облачком отлетела в сторону. Лис накрыла новая волна возбуждения. Тело невольно выгнулось навстречу ласкам.
Он обрисовал пальцем вычурное кружево бюстгальтера, накрыл грудь горячей ладонью, скользнул по гладкой ткани за спину, на миг задержался — и уже бюстгальтер расстегнут, а потом снят и отброшен, а по обнаженной груди пробегает легкий холодок. Лис замерла, не решаясь вдохнуть.
