Леди Катрина Догейн влюблена в принца, прекрасного и благородного. Но мечты об обручении с ним рушатся, когда на девушку обращает внимание жестокий король-фейри — Хозяин Зимы, чей взгляд пронзает льдом, чьи объятия холоднее стужи и от чьих поцелуев остается иней на губах. Он задается целью во что бы то ни стало сделать Катрину своей женой.Что делать бедной девушке? От него не скрыться, не сбежать… Тогда остается лишь один способ выжить — попробовать растопить промерзлое сердце Хозяина Зимы.
Охапка высушенных трав плюхнулась в котел. Зеленое варево забурлило, в воздух поднялся едкий дым.
Ведьма, молодая и прекрасная, лукаво улыбнулась.
Различив эту ухмылку, мужчина, что сидел на ее старой скрипучей постели, спешно потянулся к своей рубахе.
Еще ночью он думал, что нет на свете ничего прекраснее ее пухлых алых губ, распахнутых от наслаждения… Но сейчас, когда они же раскрылись в оскале, ему подумалось, будто нет ничего ужаснее их.
Рассказы про ведьм, лихо меняющих свое обличие, кажется, были правдой. Только трансформация эта проходила почти незаметно. Совсем недавно она казалась такой обольстительной, так страстной, пылкой… А сейчас… Сейчас она пугала, отталкивала.
И как он только попался на ее удочку?
— Совсем скоро, мой милый, — ее черные глаза уставились на него. Она всегда смотрела прямо, сквозь душу.
Любовник поежился, вмиг позабыв о своей силе, о своем мече, который погубил не одного врага… Ведь от нее… От нее не было спасения. Она поработила его разум, овладела его сердцем и размозжила его благородство.
— Скоро все будет готово. Скоро мы исполним задуманное, — она в предвкушении закусила нижнюю губу. Он не смог отогнать мысль о ее опасной пленительности, — и Ковен поплатиться за то, как поступил со мной! — она резко и быстро, словно кошка, схватила пиалу с каким-то порошком и бросила тот в котел.
Огонь под ним вспыхнул, языки кровавого цвета объяли покрытый копотью чугун.
— Эти стервы заплатят! За все заплатят! — вскрикнула она. В ее темных глазах блеснуло безумие, что вмиг изуродовало прекрасное лицо.
Любовнику вновь захотелось смыться.
— Но мы ведь делаем это не только ради твоей мести, да? — поднявшись, напомнил он ей.
Ведьма глянула на него грозно, но, прежде чем мужчина успел вновь испугаться, внезапно размягчилась и замурлыкала:
— Конечно… Конечно, мой милый!
Она осторожно обогнула котел и медленно, изящно покачивая бедрами, приблизилась к любовнику. Опустила тонкую кисть на его широкую и сильную грудь. Накрутила недлинные черные волоски на пальцы… Потом решительно ступила вперед, вынуждая его снова сесть на кровать.
— Скоро все будет готово, — когда он послушно, почти безвольно обхватил ее тонкую талию, ведьма села ему на колени, приблизила лицо, касаясь носом его щетинистой щеки, — скоро ты станешь королем, мой милый, — она выдохнула, поцеловала его в шею, потом прошептала прямо в ухо, — а я буду твоей королевой.
Он вдруг понял, что не сможет ее отпустить, что остановиться будет равносильно пытке. Любовник прижал ее к себе со всей силы, так чтобы почувствовать, какая она горячая…
Та обошлась с ним, как всегда, жестоко. Оттолкнула уверенно, отпрянула и поднялась.
Будь она лишь девкой, он давно бы схватил ее, повалил, прижал к постели весом своего тела… Но не мог. Только не с ней. И не потому, что она ведьма. Не только потому.
— Ты лишь должен проследить, чтобы принц не женился за это время. Иначе даже мое зелье нам не поможет, — заявила она строго.
И откуда этот холод в ее речи? Ведь минуту назад любовница целовала его, шептала на ухо, прижималась к нему грудью…
Она так быстро менялась! Эта женщина сводила с ума.
— Ты можешь об этом не волноваться. Принц еще слишком молод. Он ищет идеальную девушку. Прекрасную даму во плоти. А в наше время истинные прекрасные дамы сродни единорогам — они обитают лишь в сказках.
— Я удивлю тебя, милый, — процедила она сквозь зубы, — но единороги еще встречаются в этих краях. Как и прекрасные дамы. Так что будь добр, — девушка раздраженно поморщилась, — проследи, чтобы он не наткнулся на такую редкость.
— Я прослежу, — пообещал любовник, подходя, — ты можешь на меня положиться, — он взял ее за руку, чтобы поцеловать тонкие пальцы, но ведьма брезгливо вырвала ее.
— Уж постарайся. Я все поставила на кон.
Он с силой сжал зубы, сдерживая гнев. Кивнул и, не сказав более ни слова, двинулся на выход.
— Постой! — когда любовник был у самых дверей, ведьма его окликнула.
Он развернулся, оглянул ее недоуменно и одновременно с надеждой.
Девушка подскочила к нему ловко, обняла за шею и поцеловала на прощание.
— Совсем скоро, милый. Я рассчитываю на тебя.
— Я не подведу, — пообещал он.
Когда-то он затеял все это ради короны на своей голове. Когда-то жажда власти вынудила его заключить сделку с ведьмой… Но сейчас…
Сейчас все, что он делал, он делал ради ее улыбки.
Самой прекрасной и вместе с тем самой ужасной вещи на свете.
— Вам не холодно, госпожа? — дозналась беспокойно сопровождающая — старуха с уродливой бородавкой на носу, кривыми зубами и большим горбом.
— Нет, я тепло одета, благодарю вас, — послышался ответ невысокой и стройной девушки двадцати лет.
Старуха скептически оглянула ее приталенную дубленку с меховым воротом, длинную, в пол, юбку, из-под которой изредка показывались маленькие белые сапожки, и легкую шапочку. Из нее выбивались шелковые каштановые кудри.
Старуху, одетую в тяжелую и плотную шубу, уж давно искусал холод, и она не верила, что молодая спутница не ощущала его кровожадных объятий.
