Северус проснулся с кем-то в чужой постели. Чего быть не могло сразу по трем причинам. Он какое-то время смотрел в потолок, пытался сфокусировать зрение на тоненькой трещинке в штукатурке, а мысли на привычной спасительной логике. Постелью долгие годы ему служила казенная мебель Хогвартса: то кровать, то кушетка, а то и просто кресло. Это раз. Но ночевал он только у себя в кабинете. Ничего своего у него не было никогда. Дом, что служил ему приютом во время летних каникул, был съемной сырой и мрачной дырой, а это явно светлое, веселое помещение с шатровым потолком… «Ясно: люциевские хоромы. Хорошо, хоть не Азкабан! — подумал Снейп. — Стоп! Я жив?» Значит, вторая причина найдена — мертвые не просыпаются! Боль, прошившая грудную клетку и рикошетом неслабо ударившая в голову, подтвердила эту радостную мысль.
Тело рядом со Снейпом зашевелилось, и третья загадка подала знакомый голос:
— Северус! Наконец-то! Не поднимайся, и не двигайся резко. Сейчас доктора позову.
— Не хочу ничего слушать. Что с Волдемортом?
— Убит! Разнесло на кусочки гада вместе с его последним хоркруксом. Всех остальных взяли охранные чары поместья — то еще зрелище! Магия мэнора прям в стены втянула Пожирателей, разорвала их тела каменными перстами!
— Не понимаю ни черта, — вяло помотал головою Снейп, — ты, что ли, балабол?
— Ага, крестный, мы тут по очереди у твоего одра дежурили. Ну, там горшок подать, слюни-сопли утереть, отдроч…
— Поттер жив?
— Жив, конечно, на кухне кашку тебе готовит.
Снейп вздохнул: что-то остается неизменным — Поттер и Малфой.
— Заткнись, Драко, хочу поспать.
— Нет, только не это! Я, конечно, понимаю — каждый учитель спит и видит такое. Но Круциатус! Знаешь, Сев, это очень больно, правда!
— Так вам и надо — не лезли бы… Впрочем, кому я это говорю… Почему я выжил?
— Мы с Гарри сперли то зелье и…
— Это невозможно! Фиал был один! Единственный! — Снейп поднялся на локте и с яростью зашипел. — Драко, зови этого болвана немедленно!
Поттер нашелся не сразу. Инстинкт самосохранения у нашего мальчика был развит до степени автоматического растворения в воздухе при звуках шагов или голоса слизеринского декана. А Снейп поорать умел… Наконец через какие-то два часа, когда найденный Малфоем во главе армии эльфов Гарри был любимым обруган, обнят, зацелован и отправлен в логово выздоравливающего зельевара, он смирился со своей судьбой и открыл дверь в гостевую спальню.
— Не дрейфь, я рядом! — приводя одежду смертника в порядок, шепотом напутствовал его Малфой-младший.
— Поттер! - чёрные глаза сверкнули так яростно, что Гарри споткнулся.
— Доброе утро, профессор, — промямлил, входя, самый ненавистный снейпов подопечный.
— Где Вы взяли зелье?!
Акт второй
— Комбинация была красивая! Драко, правда, меня чуть не убил, пока я ему рассказывал, поэтому прошу вас дать Непреложный Обет, что не причините мне вреда. Только словесный, если вас это утешит, сэр, — ответил наглец, присаживаясь без приглашения на краешек ближнего к выходу стула.
— Да как ты смеешь, сученок, поттерово отродье?! — закричал возмущенный педагог.
— Нет так нет, — шустро подскочив и оказавшись у двери, недрогнувшим, вопреки инстинктивной попытке к бегству, голосом протянул по-малфоевски Поттер. — Либо Обет — либо обед… Мне миссис Малфой наказала получше питаться, а то я как воробушек, она говорит.
— Поттер!.. Ты… Ты!
— Да, я знаю, профессор, спасибо, польщен! - шагнул было в коридор Гарри.
— Сидеть, мальчишка!.. Давайте вашу клятву, — прорычал Снейп, откидываясь на подушки.
— Клятву, профессор, будете давать вы. Я только сейчас приглашу свидетелей, – Золотой Мальчик исчез за дверью.
Северус кипел, но пенка неудовлетворенного любопытства была крепче и слаще и пересилила гнев.
«Я убью его после… И Драко тоже негодяй! Что крестник сволочь, я знал с того самого момента, когда во время крестин он не только обос… обмочил мне всю мантию (и откуда в младенце столь гадости взялось!), но и попытался укусить за кадык своим беззубым ртом. А Поттер! Как только у моей прекрасной голубки — Лили мог родиться такой отъявленный прохвост?! А ведь как скрывался, гад! Теперь их будет двое — жизни не станет вообще!» — думал профессор. Мысли о самой возможности существования без войны, без Волдеморта, без чертовой школы и святоши Дамблдора понеслись в голове выздоравливающего, как цветные вагончики детской железной дороги в парке маленького городка, где прошло их с Лили детство… «Директор, к сожалению, жив, но, к счастью, в патовой ситуации, значит… Я никому ничего не должен! Я свободен? Я свободен!» — Размышления Северуса прервали рожа Поттера, просунувшаяся в дверной проем, и сгорающие от любопытства Малфои всей капеллой. «Ненавижу!» — подвел итог зельевар.
— Какого черта, Поттер?!
— Страховка, сэр! Рассаживайтесь, господа.
И Драко тут же уселся с негодяем рядом, затем Люциус принял Обет от всё ещё разъярённого Снейпа. И…
