– Лике всегда было мало денег, она постоянно находилась в их поиске. Искала и добывала! Не понимаю, как ей все удавалось. В этой женщине был скрыт огромный актерский потенциал. Если бы она пошла на сцену, ей аплодировал бы весь мир! Ошибка Лики заключалась в том, что она пыталась преуспеть в том деле, которое ей самой было совсем не по вкусу.
И хотя фирма, которой откупился Борюсик от своей жены, процветала, Лика все равно была недовольна. Она была средним предпринимателем, следовательно, и доход тоже был средним. А Лике хотелось много денег, очень и очень много.
– Я бы не удивился, если бы однажды она меня просто кинула, перейдя на сторону более могущественного покровителя. Но, видимо, при всем Ликином обаянии такого человека она так и не нашла.
И не найдет уже никогда. Лика была мертва. И все ее делишки, которые она прокручивала то ли с ведома Бориса, то ли по его приказу, окажутся в могиле вместе с ней. Печально, но ничего не поделаешь. Мертвые говорить не умеют. И если бы не альбом, найденный в гардеробной Лики, то про эту «деятельность» подруги вообще никогда бы и ничего не узнали.
– Выходит, если Лика обманывала ваших конкурентов, втиралась к ним в доверие, выведывала и вынюхивала их тайны, то кто-то из этих людей запросто мог бы ее убить.
– Нет! – твердо произнес Борис. – Это все сплошь уважаемые и влиятельные люди, они не стали бы рисковать положением, которого достигли, из-за какой-то Лики и нескольких тысяч евро, потерянных ими.
– Несколько тысяч евро – это был гонорар Лики, – сухо произнесла Кира. – Ваш куш был несоизмеримо больше. Ваши конкуренты, которые имели несчастье довериться Лике, теряли огромные суммы!
– Но совсем без штанов никто из них не остался. Сами виноваты, в бизнесе никому нельзя доверять. Лоханулись, доверились – нечего теперь на зеркало пенять, коль рожа крива!
Борис, кажется, совсем не опасался мести своих конкурентов. В российском бизнесе по-прежнему властвуют законы, имеющие очень мало общего с цивилизованным ведением дел. Предприниматель из Европы, оказавшись в нашей стране, сначала приходит в ужас, а потом либо удирает, либо принимается играть в игру под названием «бизнес уже по нашим, российским правилам». И случается, даже преуспевает и выигрывает. Ведь часто бывает, что ученик оказывается талантливее своего учителя.
– А я тут вообще ни при чем. Это Лика аферы проворачивала, я не при делах. Никто из этих мужиков не сможет связать меня с тем, чем занималась моя бывшая, заметьте, бывшая жена!
– А теперь еще и мертвая! – подхватила Кира. – И, тоже заметьте, очень кстати скончавшаяся.
– На что вы намекаете? Хотите сказать, что это я укокошил Лику? Так у меня алиби!
– Ваше алиби безупречно, в этом никто не сомневается. Точно так же, как и алиби Костика. Таким же безупречным было алиби и у Гены, но теперь он мертв. Не хотите об этом подумать?
– Что-то я вас, дорогие мои девушки, совсем не понимаю, – нахмурился Борис. – Вы что, полагаете, что мы втроем сговорились убить Лику?
– У каждого из вас был повод, чтобы желать ей смерти.
– Поэтому, я так понимаю, чтобы лишний раз не тратиться, мы наняли одного киллера на троих?
– Если вы действительно так поступили, то советую вам призадуматься. Гена уже мертв. Его явно убил тот же человек, который прикончил Лику. Возможно, следующим будет кто-то из вас? Возможно, даже вы, Борис? Ведь хронологически вы являетесь следующим после Гены.
Но Борис если и испугался, то виду не подал. Выглядел он слегка озабоченным, но и только:
– Хм, Генка мертв? Это несколько осложняет дело, но я все равно говорю вам: к убийству Лики я не имел никакого отношения. Она была полезна мне. Эта ее ловкость и жажда заработать как можно больше денег… Они толкали Лику на такие подвиги, о которых обычным людям даже и мечтать не приходится. С чего бы мне ее убивать?
– Не прикидывайтесь дурачком, вы далеко не такой! Лику вы могли убить, чтобы заставить ее молчать. Как знать, может, любовь к деньгам толкнула Лику на путь предательства? Поработав на вас, она убедилась, что много с вас не получишь, и переметнулась в стан ваших врагов?
– К кому это? К тем ребятам, которых мы с ней немножко потрясли?
– А что? Это невозможно? При ловкости Лики она вполне могла повернуть дело так, словно она бедная и несчастная жертва, которую вынудил на нехороший поступок злой и жестокий дядя – вы, Борис!
Казалось, Бориса забавлял этот разговор.
– М-да, – почесал он свой подбородок с редкими точечками свежей щетинки. – Лика была еще та артистка. Как она к Костику подъехала! А ведь я его предупреждал, да только он мне не поверил, вот как Лика его успела обработать за какие-то несколько дней!
Борис произнес эту фразу и тут же прикусил язык. Он явно сболтнул больше, чем рассчитывал.
– Значит, Лику с Костиком познакомили тоже вы?
