И действительно, с Базы его никто не заметил, а вот с другой стороны… он ведь даже проснуться толком не успел, когда что-то тяжелое припечатало его сверху, поэтому и пискнул, и шевельнулся. Иначе ни за что себя не выдал, все выдержал бы. А теперь, здоровенная рука тянет его из песка наружу, прямо над ним склоняется лицо… «Может я сплю и это кошмар?» – со слабой надеждой успел подумать Шнырок. Не может ведь этот длинноносый голубоглазый туземец наяву его преследовать! Третий раз сегодня появляется перед ним эта физиономия!
– Ты что здесь делаешь? – громким сердитым шепотом спросил кошмар и встряхнул его. – Внешняя охрана? Секреты? Сколько вас? Где прячутся остальные? Ну говори!
– А-ва-ва-ав… – в ужасе пролепетал Шнырок, глазки его закатились и мохнатое тельце обмякло.
Ганц с сомнением посмотрел на потерявшего сознание беса и ткнул его пару раз пальцем. Точно, в обмороке зверушка. Он почесал в затылке. Ладно, допустим имеются и другие охранники, все равно, помешать ему они теперь просто не успеют. Тем более, если они такие же вояки, как этот. А мордашка у мохнатика вроде знакомая, может виделись уже сегодня? Наверное, иначе с чего бы он так шустро в обморок кувыркнулся.
– А не ты ли это, дружок, из вербовочного пункта сбежал? И потом целый отряд своих приятелей на нас навел? А?
Бес не отреагировал. Лежал себе смирно, больше всего похожий на неудачную меховую игрушку.
– Впрочем, ты это был, или нет, теперь безразлично. Теперь дружок, будешь выполнять мои распоряжения. А я тебе, в данный момент, приказываю, лети-ка ты домой!
Вообще-то, Ганц собирался для начала швырнуть на стройплощадку бутылочку с парализующим газом. Для большого штабеля досок, нагло торчащего в пределах броска, была предназначена склянка с ксинитритилом, а уж три пузырька с взрывчаткой можно будет потом распределять по мере необходимости. Но теперь ему показалось забавным, забросить сначала слабонервного беса. Тем более, это даст неплохой практический эффект – остальные наверняка к нему сбегутся и тогда бутылочка с парализующим газом полетит в плотную толпу. Очень разумный тактический ход.
– Как же за тебя поудобнее ухватиться-то, – Ганц удивился, каким легким показался ему бес, потом вспомнил, – ах, да! Амулет работает. Тем лучше. Ну что, дружок, счастливого полета! – и небрежно, даже без замаха, едва приподнявшись над песком, отправил мохнатое тельце вперед.
Шнырок, так не пришедший в сознание, ляпнулся на лаву, едва не угодив под колеса тачки со щебенкой. Хорошо, что толкавший ее бес, в легкомысленной летней шапочке с мелкими розовыми цветочками и с соответствующим именем – Панама, успел затормозить.
– Ты что, ошалел?! – испуганно взвизгнул он. – Разлетались тут!
Естественно, Шнырок не ответил и Панама, сердито сплюнув, покатил свою тачку дальше.
Ганц удивленно покачал головой. Он-то рассчитывал, что сейчас половина стройки соберется около свалившегося с неба беса, если не из сострадания, то хотя бы из любопытства. А на деле оказалось, что ни тем ни другим служащие «Ад Инкорпорейтед» не страдают. Вот еще один бес, с четырьмя ведрами на массивном, странного вида коромысле, пробежал мимо лежащего в глубоком обмороке Шнырка. Ведра раскачивались и горячая смола выплескивалась, отмечая путь беса дымящимися черными лепешками. Другой, с тачкой полной аккуратно упакованных коробочек с затейливой разноцветной маркировкой, едва не наехал Шнырку на хвост, но в последний момент лихо вырулил и, не оглядываясь, покатил дальше.
– Взаимовыручка здесь на уровне, – прокомментировал Ганц. – Ладно, нашу жизнь это только облегчает.
Он вынул из кармана на поясе бутылочку с газом, вытащил из нее пробку и, помня о силе амулета, даже не бросил, а резким щелчком сбил ее с ладони. После чего снова опустился в удобную песчаную ямку, чтобы с комфортом пронаблюдать за действием газа.
Бутылка, громко звякнув, упала около носа Шнырка и завертелась на месте. Из открытого горлышка потянулся бурый дымок. Панама, который уже успел разгрузить свою тачку, и теперь бежал обратно, заметил это странное явление. Валяющийся без сознания бес, даже если он только что прилетел неизвестно откуда, никакого интереса для него не представлял, а вот бутылка… Панама притормозил. Бросив тачку, сделал решительный шаг, присел, втягивая ноздрями дымок, и тут же заорал радостно:
– Вот это кайф!
