Действительно, дно оврага никак не могло считаться местом для приятных прогулок. Оно заросло невысоким, но густым и цепким кустарником, пробираться через который, было и противно и утомительно. На редких участках, где кусты отступали на крутые склоны, все дно было усыпано крупными и мелкими камнями и покрыто какими-то норками – Ганц еще шел сравнительно легко, Арра с несколько большим трудом, а магистр оступался на каждом шагу.
– Хорошо, что сейчас нет необходимости идти бесшумно, – покачал головой бывший убийца, слушая громкое пыхтение за своей спиной.
На то, чтобы пройти километра три по дну оврага, потратили больше часа. Наконец Ганц остановился:
– Вы передохните пока, а я осмотрюсь немного. Он вскарабкался по осыпающейся наклонной стене, цепляясь за кустики, необыкновенно крепко сидящие в земле и выступающие наружу корни неизвестных, давно погибших деревьев. Осторожно приподнял голову над густой порослью по краю оврага, осмотрелся, потом, самым незатейливым и безжалостным по отношению к своим штанам образом, съехал вниз.
– Почти пришли. По оврагу еще метров двести можно пройти, а потом надо наверх выбираться.
– А почему только потом? – Джузеппе не сильно, чтобы не повредить ногу, но с явным отвращением пнул один из валявшихся под ногами камней. Посмотрел на Ганца сверху вниз. – Что мы, эти двести метров поверху пройти не можем?
– Здесь негде спрятаться – морковь и свекла. А дальше будет делянка деда Зироты. Он по кукурузе специалист, она высокая и кустистая… не то что мы, трое, вся деревня незаметно подойти может.
Ганц наконец встал с земли. Подняв облако пыли, отряхнул штаны. Как ни странно, путешествие по стенке оврага на них совершенно не отразилось.
– Пошли? – и, не дожидаясь ответа, двинулся вперед.
Главный объект, резиденция Ноизаила была закончена. В офисе тоже оставались только высококвалифицированные отделочники, которые ускоренным темпом доводили до готовности кабинеты для служащих. Да помощник по хаосу метался, расставляя и развешивая чучела. Апартаменты руководителя филиала он уже украсил. Повелитель Блох, принципиально не меняя облика, внимательно их обследовал и остался доволен.
Как ни обидно было Абарзелу это сознавать, Ноизаила особенно умилили не самым тщательным образом подогнанные и отшлифованные благие намерения, которыми были вымощены все помещения, не аккуратнейшие, до миллиметра выверенные вертикали стен и прочие строительно-инженерные премудрости. На все это, если честно, он вообще не обратил никакого внимания, проворчал только: «Угу…» и сразу же заинтересованно двинулся к огромному, в полкомнаты столу, с чучелом летучей мыши на подставочке.
И вот вам результат: прорабу – устное одобрение, а Дрикуле, этому бездельнику и подхалиму – благодарность в приказе и премия в размере двухнедельного оклада!
Абарзел снял каску и подставил рожки приятному теплому ветерку. Глупо расстраиваться. В его возрасте и с его опытом он и не рассчитывал… или, все-таки, рассчитывал? Ну, значит не будет больше рассчитывать! И нечего здесь топтаться. Дрикула самый умный у нас, благодарности в приказе получает? Премии гребет? Вот пусть он за общим порядком на объекте и присмотрит. Решительно нахлобучив каску на голову, Абарзел расправил плечи, выпятил подбородок и направился в сторону общежития, где бесы заканчивали рыть фундамент.
По дороге он внимательно все оглядывал, старался найти какой-нибудь недостаток, получить, хотя бы и самый ничтожный, повод и разораться на подчиненных. Вогнать их в ужас, чтобы копыта не держали, чтобы хвосты обвисли, чтобы каждый волосок встал по стойке «смирно»! Но на всей освоенной территории – ни одной, самой захудалой травинки! Идеально ровная поверхность залита лавой, даже на миллиметр отклонения нет – Абарзел не поленился, проверил. Встал на четвереньки, положил эталонно-ровный брусок и долго приглядывался, почти водил носом по остывшей лаве. Ничего, ни единого просвета! А трещины? Все, как одна, в полном соответствии с рисунками, включенными в параграф семнадцатый, пункт пятый уложения, как образцы…
В любом другом случае, прораб порадовался бы такой тщательности, может даже небольшой бочонок вина заказал бы на базе для работяг. Но сейчас настроение стало только еще более гнусным. И ведь всегда так – работаешь, как благословенный, воспитываешь персонал, добиваешься успехов, а благодарности в приказе получают другие. Которые мыша на подставочке вовремя успевают подсунуть.
Абарзел подошел к порталам. Грузовой работал непрерывно – ровно гудел транспортер, подавая щебенку, бесы и младшие черти бегали с тачками, тащили мешки и бочки. Пассажирский портал тоже не пустовал. Туда-сюда сновали черти, в грязных строительных робах, с пачками накладных и заявок на стройматериалы. Демоны из администрации брезгливо отгораживались от них папочками с документацией.
