— Скорее защищает, — тяжело вздохнула мать. — Лари, тебе нужно бежать отсюда. Бежать обратно в крепость и не появляться здесь. Я сама вернусь, когда настанет время.
— Отсюда же никого не выпускают, — нахмурился я.
— Откуда ты знаешь?
— Обзавелся друзьями. Зачем ты мне врешь? Давай попробуем поговорить начистоту. Если дело в Олеге, то я просто добью его и все.
— Его нельзя убивать! — широко раскрыла глаза мать.
— Почему? Боишься за поселенцев? У меня есть кандидат на его место, который сможет поддерживать жизнь в деревне.
— Кто? Николай? — догадалась мама. — Ты его совсем не знаешь. С ним нужно держать ухо востро.
— А что тогда? Почему нельзя убивать Олега? Скажи мне пожалуйста, — мягко спросил я. — Мне нужно знать, как действовать дальше. Это может прозвучать странно, но я единственный, кто сможет остановить и его, и все что происходит в городе.
Мать сначала испуганно посмотрела на меня, но потом испуг сменился на нежность.
— Мой маленький мальчик, — ласково произнесла она. — В кого же ты превратился за такое короткое время…
— Мама, — чуть более твердо сказал я. — Расскажи мне всё. Или мне придется действовать самому наугад. Будет лучше, если я буду владеть информацией полностью.
Мать тяжело выдохнула, собираясь с мыслями.
— У него твой отец, — наконец, сказала она. — Точнее даже не у него, а у этих тварей…
— У тварей? — переспросил я.
— Да. У гриммеров.
Некоторое время я стоял и смотрел на нее не мигая.
Вот это был нонсенс. В моем мире гриммеры никого не забирали к себе. Для них это было несвойственно. И я даже не могу представить себе, для чего им это нужно.
— Ты его видела? — спросил я.
— Один раз, — ответила мать. — Когда его вылечил Богдан. И почти сразу же Олег увез его под конвоем. Отец шлет сообщения изредка. Но все они очень скупы на информацию.
Угу. Значит, это может быть и не отец, а кто-то вместо него.
Получается, что где-то есть лагерь гриммеров, в котором они базируются. Что ж это очень даже логично. Теперь понятно откуда они берут столько сил для нападения. Теперь и эти странные исчезновения имеют смысл, и понятно откуда у гриммеров столько информации.
Олег им все передавал. А я уж думал это был кто-то из аристократов. Там хоть была ясна мотивация — власть в городе. Сдают город гриммерам, а сами становятся во главе людей.
Только вот это не жизнь становится, а сплошная каторга. Гриммеры любят пообещать золотых гор, а потом все перевернуть.
Сколько раз меня из-за этого предавали члены ордена. Пальцев обеих рук не хватит, чтобы пересчитать. И все в итоге оказывались у разбитого корыта.
— Мы должны узнать, где он находится, — твердо сказал я.
— Да, — округлила глаза мать. — Но как? Сколько бы я ни пыталась, Олег ничего не говорит.
— Оставь это дело мне, — сказал я. — Мне нужно знать только одну вещь.
Мама вопросительно посмотрела на меня.
— Я надеюсь ты не окунулась в новую веру? — спросил я.
— Нет, — засмеялась мать. — Олег думает, что я покладистая семигарка, но мне нужно было как-то выживать в этом обществе. Я не могла просто так сдаться, зная, что вы у меня одни.
— Ох, мама, — я обнял ее снова и прижал к себе. — Я вытащу вас отсюда. И тебя, и отца. А то уж боялся, что ты тут погрязла в этих божествах.
— Нет, дурачок, — хихикнула мать.
— Даже представить не могу, как ты выжила после того падения, — задумчиво произнес я. Она хотела что-то ответить, но я ее остановил. — Подожди. Расскажешь как-нибудь потом. Сейчас нам нужно заняться делом. Пошли.
Мать хотела что-то возразить, но сдержалась. Она полностью мне доверилась, хоть страх ее и не покидал. Думаю, это связано с тем, что она увидела во мне своего сына. Изменившегося, повзрослевшего, но все же того самого Лариона Броневого.
Наверно это тело как-то посылало ей сигналы. Недаром же у них такая связь.
Когда мы вышли, на улице никого не было кроме барона Стрельникова.
— Рита? — удивился он.
— Николай, — кивнула ему та.
— Это моя мать, — бросил я ему, проходя мимо. — Позже будем расшаркиваться, сейчас нам некогда. Пошли.
Я повел их к дому лекаря, где мирно храпел глашатай Олег, как докладывали мне об этом паучки. Дальше оставалось дело техники.
— Лари, постой, — остановила меня мать у дверей. — Что ты хочешь сделать?
— Просто поговорить, — ответил я.
— Ты же понимаешь насколько он важен?
— Я все прекрасно понимаю. Но если сидеть и ничего не делать, то значит подвергнуть отца еще большей опасности. Неизвестно жив он вообще или нет, — на этих моих словах мать побледнела. — Так что прошу тебя, доверься мне и помогай.
Мать замерла на секунду, сжав кулак на согнутый в локте руке, как будто решалась на что-то, а потом кивнула.
— Будь осторожен. С ним всегда ходит его шайка, — предостерег меня бароне Стрельников. — А там есть сильные экземпляры с опасным даром.
Паучки докалывали мне, что больше в доме никого не было. Я был склонен думать, что его подручные еще не вернулись из города. И это немного настораживало. С одной стороны — почему все так легко? А с другой — если они в крепости, значит до сих пор могут устраивать какой-то беспредел.
