— Лучшего для нашего народа, — мрачно сказал гном.
— Я хочу того же.
— Ты должен понять, что мы с Гандогаром — это будущее племен и кланов. Как я могу убедить тебя в этом?
— До тех пор пока ты требуешь войны с эльфами, тебе не удастся сделать из меня сторонника твоего короля, — честно ответил Балендилин, остановившись.
Бислипур тоже замер на месте. Их разделяли пятнадцать шагов.
— Так, значит, это и есть сражение, — холодно сказал гном. — До тех пор пока решение не будет принято, я буду считать тебя своим врагом, угрожающим благополучию племен. Я постараюсь убедить в этом остальные кланы.
Балендилин тронулся с места, и Бислипур последовал его примеру. В конце концов они оказались друг перед другом на расстоянии вытянутой руки.
— И я позабочусь о том, чтобы Верховный король, попавший под твое влияние, принял мою точку зрения и его рассудок прояснился.
Сейчас они стояли так близко друг к другу, что почти касались носами.
— Ты говоришь о рассудке? Ты? — Балендилин увидел ненависть в глазах Бислипура. — Говорю тебе: я попытаюсь предотвратить войну с Аландуром, собрат мой. — Он изо всех сил делал вид, что не боится Бислипура, но при этом явственно чувствовал опасность. — Даже твои собственные кланы сомневаются в твоих словах.
— Тебе не удержать нас с Гандогаром от того, чтобы взойти на трон, — мрачно сказал Бислипур.
Было видно, как в нем скапливается ярость, готовая вырваться наружу.
— Вас с Гандогаром? Это ты, что ли, на трон восходить собрался?
Соперники неподвижно стояли на мосту, буравя друг другу глазами, и никто не отводил взгляда. Но тут внезапно агрессия Бислипура исчезла, будто ее и не было.
— Что ж, желаю тебе успехов в твоем безнадежном стремлении. Да благословит тебя Враккас, — улыбнувшись, промолвил он и, обойдя Балендилина, направился к коридорам.
Советник Верховного короля закрыл глаза и сглотнул. Он ожидал поединка и не мог понять, как ему удалось уйти целым и невредимым. Слышно было, как Бислипур насвистывает какую-то песню. Эхо подпевало ему многоголосым хором.
По крайней мере, Балендилин понимал обстановку. Сойдя с моста, он поспешил к месту встречи с гномами племени Четвертых.
В тот момент, когда он свернул за угол, земля под его ногами задрожала. Человек не почувствовал бы таких колебаний, но гномье племя научилось различать малейшие шевеления горы. По тоннелю, в котором он находился, двигалось что-то тяжелое.
И тут Балендилин услышал топот копыт и громкое мычание. Должно быть, что-то спугнуло коров.
«Проклятье!»
Балендилин оглянулся, но не сумел найти ни одной ниши, ни одного углубления, где мог бы спрятаться от рогов испуганных животных. Ему оставалось лишь одно: вернуться к мосту и, перебравшись через парапет, пропустить стадо.
Поспешно развернувшись, он бросился бежать. Топот копыт и звуки, с которыми коровы задевали рогами каменные стены, заставляли его мчаться все быстрее. Запыхавшись, он выбрался из тоннеля и увидел спасительный мост. Коровы уже дышали ему в затылок.
На бегу перепрыгнув через поручни, гном попытался удержать равновесие на камнях. Он чуть не сорвался, но все же ему удалось удержаться. Стадо пронеслось по мосту мимо.
«Благодарю тебя, Враккас».
Мост затрещал, и на поручнях появились первые трещины.
Балендилин вспомнил, что эти мосты не использовались для того, чтобы по ним ходили коровы. Он был построен для гномов, а не для животных. Вес стада был слишком большим для этой конструкции, а колебания, вызванные бегом коров, слишком сильными.
Мост проломился в самом тонком месте — посередине. Поручни обвалились с двух сторон, обозначив следующий этап катастрофы. Кусок моста длиной в четыре шага обвалился вместе с коровами, находившимися там. Мост рушился. Секция за секцией валились в бездну. Коровы исчезали в пропасти, и их мычание становилось все тише. Звуков падения гном не слышал.
«Нужно убираться отсюда!»
Балендилину угрожала страшная опасность, провал ширился. В нем погибало стадо, улетая в черноту зияющей бездны.
В конце концов коровы успокоились, и гном решился перепрыгнуть через перила на твердую почву.
Но на этот раз удача изменила ему. Как только он коснулся земли, скала под его ногами провалилась. Падая, он ухватился за камень и изо всех сил сжал пальцы.
Если бы у Балендилина была вторая рука, он легко бы подтянулся и выбрался из ловушки, но сейчас он болтался над пропастью и не мог спастись без посторонней помощи. Долгое время он так провисеть не сможет, его мышцы этого не выдержат.
— Эй, слышит меня кто-нибудь? — громко закричал он, пытаясь привлечь к себе хоть чье-то внимание. Он надеялся, что пастухи начнут искать сбежавшее стадо. — Эй, я здесь!
Коровы, успокоившись, отвечали на его крики тихим мычанием. Двое животных подошли к краю и, обнюхав руку гнома, лизнули ее. От их слюны скала стала скользкой.
Балендилину казалось, будто сейчас он весит больше трех крупных орков. Рука болела все сильнее, а голос постепенно превращался в хрип.
Внезапно коровы расступились — кто-то пытался пройти между ними.
— Сюда! — с облегчением закричал он. Его пальцы готовы были разжаться. — Мне нужна помощь!
