— Сэр Джерард Серый, рыцарь-командир Ордена Белой Розы. Один из наших постов находится рядом с Путеводным Камнем.
— Я запомню это, Сэр. — Сказал Бутч.
Группа бронированных людей пошла по дороге. Туда, куда указал Бутч. Они не выстрелили Бутчу в спину. Не прикончили огненным шаром. Не перерезали горло, узнав нужное. Просто ушли. Непривычно. Вот они идут, удаляются. Вот они ушли. Только эльфийская магичка обернулась на них пару раз… Бутч вздохнул.
— Пойдём, Финн. — сказал Бутч.
— На ногах не стою. Всё кругом идёт. — прохрипел его приятель. Но помирать он явно не собирался.
— Ничего. Дойдём вдвоём. Остались монеты, купим тебе жратвы, отлежишься. А там будем думать. — Бутч приподнял Финна, подставив плечо. Тот шатался и не стоял на ногах.
— А потом будем думать, что дальше делать… как отлежишься… — Повторял он. Надо было торопиться. Рыцари точно прорубили безопасный путь и перебили по дороге всю нежить. Но это временно. И нежить, как всегда, вернётся. С больным Финном отбиваться будет сложнее. Но они дойдут до безопасного места. Обязательно.
Два бандита шли по дороге, один помогал второму идти. Медленно они удалялись, и постепенно растворились в тумане, что покрывал Мёртвые Поля.
Они нашли «караван», о которых упоминали Финн и Бутч, довольно быстро. Помог в этом слабый след крови, который оставил Финн. Издалека они увидели перевёрнутую повозку. Подошли ближе и выяснили, что повозку кто-то разрубил пополам. Джерард постоял рядом, провёл руками по месту удара, прикидывая его силу. Нахмурился. Сила удара ему совсем не понравилась.
Потом попались следы крови, которых становилось всё больше. Вскоре они нашли место битвы.
Большой круг футов в сто диаметром был как будто равномерно покрыт кровью. В кровавом пятне лежали обрубки тел, разбросанное оружие, куски повозок, на которых двигались раньше «друзья» Финна и Бутча. Всё это мелко изрублено, как будто тут запустили заклинание, большое, что просто перемололо всё в точке удара.
В центре кровавого круга разрушения стояла чёрная фигура и смотрела в небо. Неподвижная, как статуя, она напоминала рыцаря в тёмной броне, и смахивала на прислужников Чёрного Ока. Но символов Ока на фигуре не было. Не было и любимых оком чёрных плащей.
Фигура выпрямилась, и стало видно, что в руке она держит огромный зубастый двуручный меч, похожий на фальшион, одной рукой. Не обращая внимания на группу незнакомцев, фигура поклонилась кому-то невидимому, и встала в боевую стойку, направив меч параллельно взгляду. А потом нанесла удар сверху. Сбоку. Снизу, по ногам. Парировала атаку. Уворот. Мощный удар снизу, дугой, что рассёк бы противника пополам, вспорол бы живот или отрубил ему конечности, разворот в круговой удар, что располовинил бы его, если он увернулся. Удар, удар, серия, блок, отход. Шаг за шагом. Фигура медленно, будто танцуя, обходит центр круга.
Джерард поднял руку. «Тихо» шепнул он. Серыми глазами он впился в движения фигуры, анализируя, запоминая их, считывая. Он знал эти движения, многие из них. Вот стиль наёмников Иррелиона, дрязнящий, хлёстский, танцующий. Будто меч превращается в хлыст, что играючи бьёт по открытым участкам тела, отделяя их от тела и отправляя в полёт. Вот мощный, практичный стиль варваров севера, с эффективными и простыми ударами, что могут разрубить противника пополам, проломить щит или доспех, сломать меч, или расколоть камень. Вот танец пустынного дервиша, переделанный под огромное оружие, что оставит на противнике тысячи мелких порезов, измотает, пока противник не упадёт от боли или потери крови. Вот начались неизвестные ему техники, что чередовались одна за другой.
Опыт. Опыт и мастерство сквозили в каждом движении. Джерард сам многое знал и прошёл. И он будто увидел призрачных врагов, незримых, воображаемых, с которыми сражалась чёрная фигура. Вот кто-то попытался ударить слева, справа, копьём, а это уход от летящей в грудь стрелы. Вот блокирует фигура удар ногой, и сбивает с ног закрывшегося щитом бронированного бойца, тот летит, и на лету она рубит его на части. А скорость движений всё растёт, и вот уже гул меча превращается в безостановочный свист, и, вытанцовывая движения вокруг центра кровавого круга движется вихрь, ураган из одного меча.
Их должно быть два. Два меча. Два больших меча, и тогда танец будет завершён и станет правильным.
Фигура танцует, под ногами у неё хрустят обломки телег и хлюпает окровавленная земля, видно, что очень тяжела её поступь, и вот, танец завершается. Исчезли незримые противники, что существуют лишь в воображении чёрной фигуры, и она стоит, протягивает руку и делает жест.
Это призыв. Призыв на дуэль. На дуэль мастерства. Не до смерти.
Но перед ней никого нет, и лишь пустое место. Фигура стоит, ожидая ответа, а потом хватается за голову, как будто она болит. Молча, беззвучно. Металлические перчатки скрежещут по шлему.
