— Эти Жуткие Всадники да гриммлинги откуда-то ведь взялись? Конечно, их через магические врата сюда забросило, но ведь тем же путем могут прийти и другие враги. Кто бы это ни сделал, у него наверняка не меньше заклятий за пазухой, чем у Крафа.
Джаг в этом сомневался. Он знал, что у старого хитреца в запасе было очень много заклятий.
Тут они услышали шаги, и в дверях появился Херби. Он был еще грязнее обычного, а мартышка Мар лежала на его узких плечах, цепляясь за волосы мальчишки. Оглядев помещение, он подошел к ним, остановившись с другой стороны стола от Рейшо, чтобы матросу было до него не дотянуться.
— Джаг! Ты слышал про городское собрание?
— Нет, — удивленно ответил двеллер.
— Городские старейшины его собрали, — объяснил Херби. — Сказали Великому магистру, чтоб обязательно пришел.
— И по какому оно поводу? — осведомился Джаг.
— Я сам только что услышал, — пожал плечами мальчик. — Городские старейшины сказали Великому магистру, что не будут помогать ему восстанавливать Библиотеку. И еще они велели ему найти другое место для тех книг, что уцелели после пожара. Сказали, что нечего больше здесь Библиотеку держать!
Все еще тяжело дыша после бега по улицам Рассветных Пустошей, Джаг проскользнул через массивные дубовые двери, сработанные умелыми руками гномов, в зал, где шло городское собрание. На дверях его красовались барельефные изображения, кратко излагавшие историю Хранилища Всех Известных Знаний. Следовавшие одна за другой картины изображали создание острова, строительство Библиотеки и основание города у подножия гор Костяшек.
Голоса из зала заседаний — гневные и раздраженные — были хорошо слышны снаружи, но стены все же были достаточно толстые, и о чем именно говорилось, двеллер разобрать не мог. Он понимал, что Херби вряд ли был способен выдумать историю, которую он рассказал на «Ветрогоне», но все же отказывался поверить, что городские старейшины действительно собираются отказать Великому магистру в поддержке при восстановлении Библиотеки.
В парусиновой рубашке и штанах похожий больше на моряка, чем на библиотекаря, Джаг нервно прошел мимо стоящих у входа стражников-людей. Лица стражников напряглись, и двеллер понял, что они узнали его даже без традиционного одеяния. Возможно, при другой ситуации они попытались бы не пустить его внутрь, но рядом с ним шагал Рейшо, и никто из них не решился вступить в конфликт с решительно настроенным молодым матросом.
Дом городского совета был первой постройкой, появившейся на берегу у Дальних доков. Массивное трехэтажное здание стояло на самом высоком холме на расчищенной территории вокруг гавани, и конек его остроконечной крыши пронзал водоворот серого тумана. Покрывал крышу серо-голубой сланец, доставленный из полузаброшенных карьеров на юге материка.
Главный зал заседаний размещался на первом этаже. Это было огромное овальной формы помещение с прекрасной акустикой. В центре зала находилось круглое возвышение, с которого ораторы могли выступать перед толпой слушателей.
За те годы, что Джаг прожил в Рассветных Пустошах, зал заседаний использовался редко. Чаще всего тут проводились ежегодные торжественные обращения старейшин к жителям города и выступления перед ними Великих магистров.
В настенных канделябрах и под высоким потолком горели фонари, заправленные светлячковым соком. Хорошее освещение позволяло разглядеть роспись на плафонах потолка — копии знаменитых картин из собрания Хранилища Всех Известных Знаний, а также оригинальные работы, выполненные библиотекарями.
Понаблюдать за столкновением городских старейшин и Великим магистром явилась целая толпа. Двеллеры, живущие в городе — в основном торговцы, — сидели группами. Их было примерно в четыре или пять раз больше, чем воинов-гномов и ремесленников, эльфийских стражников и людей-моряков, и недовольство в основном проявляли именно они.
Великий магистр Фонарщик в парадном одеянии стоял у перил, кольцом опоясывающих возвышение в центре зала. Неподалеку находился Краф; очевидно, решил Джаг, он явился по настоянию Великого магистра. Лицо у волшебника было мрачным и угрожающим, и он ясно давал понять, какую из спорящих сторон намерен поддерживать.
Судя по тому, как был наряжен сам Краф — явно с целью подчеркнуть свое могущество, — вопросы здесь должны были обсуждаться серьезные. Как правило, волшебник одевался так, будто только что вернулся из путешествия — впрочем, так обычно дело и обстояло. На верхушке его посоха безостановочно кружили зеленые огоньки, напоминая собравшимся о подвластных ему магических силах.
Джаг знал в лицо всех городских старейшин. За годы жизни в Рассветных Пустошах ему приходилось встречаться с ними со всеми.
