‒ Та не, ‒ сказал кто-то, с явно Украинским акцентом. ‒ Ему же этот ток що мертвому припарка. Давай лучше из ведра окатим.
‒ А вдруг электричеством ударит? Вода же, типо, проводник...
‒ Я в сознании, ‒ вяло проговорил Артур. ‒ Не убейте меня тут...
‒ О, Витя, ‒ сказали парню с Украинским акцентом. ‒ Очнулся он. Сам. Фух.
‒ Ага, ‒ согласился Виктор. ‒ Не говори. Эй, ты, ‒ обратился он к Артуру. ‒ Живой? Балакать будешь? Али тебя бить?
‒ Говорить буду, ‒ пробормотал Артур. ‒ Мне бы выспаться, ребята...
‒ Вот поговоришь с Михой, тада и выспишься, ‒ сказал Виктор. ‒ А сейчас терпи. Зенки то открой.
‒ Та какие зенки, Витя? Он же с бадунища. Перегарище не чувствуешь?
‒ Чувствую.
‒ Ладно, ладно, ‒ сдался Артур.
Он открыл глаза. Желтоватый свет заливал небольшую комнату с железной дверью. Виктор сидел за железным столом, напротив Артура, а спутник Виктора стоял позади него, скрестив руки на груди и облокотившись на стену. Казалось, что оба должны быть обозлены на Артура, но выглядели они беззлобно. Скорее безразлично. Либо с практикой допросов они научились быть равнодушными к тем, с кем работают, либо им действительно не было до Артура дела.
Не смотря на тусклость света, он больно резал глаза, казавшись излишне ярким. Голова гудела, а во рту было такое отвратительное ощущение, будто бы туда всю ночь сливали помои.
‒ Иди, Миху зови. Хлопчик, скажи, очнулся, ‒ скомандовал Виктор, и его спутник вышел, со скрипом закрыв за собой дверь.
‒ Ну що, ‒ кивнул Виктор, обращаясь к Артуру. ‒ Говорить сразу будешь, али как? Лучше скажи мне все, пока Миха не пришел. Тот с тобой ласковый не будет. Сразу яйца на стол, и молотком, бац! ‒ Виктор хлопнул ладонью по столу, и металлическая поверхность завибрировала. Артур дрогнул, огрызнувшись:
‒ Не надо мои яйца трогать! Расскажу все, как было. Михе твоему.
‒ Вот, молодец, ‒ одобрил Виктор.
Вскоре пришел Михаил, и сел на место Виктора, которое тот ему уступил, и вот теперь Артуру стало реально не по себе. На вид Михаил доброжелательным точно не был, и Виктор со своим «яйца на стол» казался просто милой души человеком. В Михаиле сразу почувствовался суровый лидерский нрав, жесткий и непробиваемый, с которым трудно спорить. Артур с трудом выдерживал его тяжелый взгляд, но, все же, ему это удавалось, ведь он сам был далеко не слабовольным.
‒ Ну, рассказывай, ‒ пробасил Михаил, и голос его пронял до дрожи. ‒ Как ты сюда попал, и зачем. Помни, ты жив только потому, что проявил свою, так сказать, особенность. Любого другого на твоем месте уже бы грохнули.
‒ Спасибо и на этом, ‒ вяло улыбнулся Артур. ‒ Да что рассказывать? Пошел за припасами, нажрался, чуть не подох, потом испугался, решил убежать, наткнулся на тоннель. А за мной эти придурки на КАМАЗах увязались. Звук мотора дохляков привлек, вот и совпало так. Я же не знал, что вы тут будете.
‒ Правдоподобно звучит, но не очень, ‒ Михаил прогнулся над столом, взяв Артура за воротник увесистой ладонью, и с легкостью подтянув к себе, как котенка. ‒ А может, ты пургу гонишь, сынок? Я же тебе язык быстро развяжу.
Сердце Артура заколотилось с удвоенным усилием, но внешне страх он не проявлял, строго контролируя свое состояние.
‒ Ничего я не гоню. Да, накосячил. Да, привел врага к вам. Говорите, что вам от меня хочется, и я отплачу за вашу доброту.
‒ Хм, ‒ Михаил задумался, сев на место. ‒ Отплатишь, значит.
Артур сдержал ухмылку. Он, на самом деле, не проникся к жителям убежища никакой симпатией. Они держали его тут, как пленника, и отпускать не собирались вообще. Однако, жизнь ему действительно спасли, потому, он хотел дать им что-то взамен. Но не из-за того, что чувствовал себя должником. С ними можно было наладить взаимовыгодное сотрудничество.
‒ Ладно. Значит, пока ты побудешь в убежище, ‒ раздобрился Михаил. ‒ С кем не бывает. Любой на твоем месте мог случайно забрести сюда, и вряд ли бы мы отдали его на растерзание этим ублюдкам. Значит, иди. Виктор тебя проводит, и все покажет. Я придумаю, куда тебя деть. Будешь потихонечку свой долг выплачивать.
‒ А какой мой долг?
‒ Жизнь, ‒ хмуро взглянул на Артура Михаил, и тот не стал спорить. ‒ Проводи его, Виктор.
Виктор кивнул, и открыл перед Артуром дверь. Нехотя Артур встал, качнувшись, а затем направился к выходу. Земля норовила уйти из-под ног, но равновесие удавалось сдерживать. «Главное, чтобы меня не вырвало, ‒ подумал Артур. ‒ Опохмелиться бы».
Они вышли на территорию убежища, под высокие своды бетонных потолков, и, щурясь от яркого света, Артур осмотрелся.
‒ Ну что же у вас за манечка, свет так ярко делать... А откуда электроэнергия?
‒ Электрик наш с генераторами старыми чего-то намудрил. В общем, на любой горючке они теперь работают, и выдают немало света, и заправлять их надо редко.
‒ А что за электрик? ‒ сощурился Артур, вопросительно взглянув на Виктора.
‒ Максим Керсаков.
‒ Керсаков? ‒ переспросил Артур, услышав знакомую фамилию. ‒ А с ним вариант познакомиться?
‒ Как-нибудь. А сейчас идем. Я тебя отмыть поведу да на опохмелку потом.
