Там спокойно доехал по улочкам до нашего дома. Ксюша в огороде, возилась, сегодня вторник, второе сентября, видимо из школы успела прийти, та вроде в первую смену должна была учится, а время уже полвторого дня. Та копала картошку, видимо пора. Ольги и малыша не было, значит ещё в больнице. Надеюсь с ним всё в порядке, точно пока не знаю. Грузовика с зубным кабинетом не было, значит забрали новые хозяева, раз малыш родился. Я подкатил к воротам и заглушил двигатель, отметив как встрепенулся наблюдатель. Да, за домом следили. С чердака частного дома в метрах в ста от нас. Там вроде жила древняя старушка, но сейчас её не было, хата пуста. Калитка ворот не заперта, время не то, не запирают, я открыл её и закатил мотоцикл внутрь, а заперев, убрал одиночку в Хранилище и направился на огород. Радостный визг Ксюши заставил подавиться наблюдателя. Он как раз пил кофе из кружки, налив его из термоса. Мы вышли во двор, чтобы соседи не видели, наобнимались, нацеловались, мои руки под юбкой так и шарили, ну и заодно узнали новости друг о друге. Та радостная, у меня снова длительная увольнительная, летим на море, а я узнал, что Ольга родила двадцать шестого, пять дней сыну, три шестьсот вес, назвали Михаилом, как и хотел. Дня через три можно будет забирать. Отличные новости. Машины медики забрали, всё честно. Прикинем, когда отправляться, да сможет ли Ольга выдержать полёт. Хотя о чём я? Есть же Хранилище. Там для неё миг пройдёт, а дальше отдыхать. Так какая разница где лежать, дома или на морском воздухе на море? Да и ребёнку думаю будет полезно.
Я оставил вещмешок в доме, и мы, собравшись, Ксюша переоделась, и направились в больницу, общаясь на ходу. Кстати, другая наружка, та что наблюдала за передачей танков, уже была тут. Нам не помешали встретится с моей женой, я малыша видел. Личико, а вот на руки так и не дали. Меня в палату не пустили, Ольгу я в окно видел, малыша выносили, но Ксюша зашла, занесла свёрток со свежими фруктами, поделится с соседками по палате, и они пошептались. Ольга узнает, можно мне её завтра забрать или нет. А когда мы вернулись у дома уже ждала машина с представителями НКВД. Лапотники, делают вид что не знали где мы находится, вежливо и культурно ждали у дома. А я ведь до Большого здания на Лубянке дотягиваюсь и видел, да и слышал как им ставят задачу. Вежливо пригласить на беседу, чтобы не взбрыкнул. Так что молоденький сержант госбезопасности, стреляя в сторону Ксюши восхищёнными взглядами, вежливо и пригласил проехать, продемонстрировав удостоверение.
- Вроде настоящее, - с некоторым сомнением сказал я. - Сейчас девушку провожу и идём.
Ксюшу оставлять я не стал, отправил ту в Хранилище, забрал свой вещмешок, а на счёт огорода и картошки девушке сказал, что големы всё сделают за ночь, так что устроился на переднем сиденье, сержант сел сзади, и мы покатили по городу в сторону Лубянки. В одном месте я извернулся, и стал напряжённо кое-кого изучать в крохотное окно заднего вида.
- Знакомого увидел? - спросил сержант. Крюков у него фамилия.
- Что? А, да, знакомого. Рожа знакомая у того старлея-артиллериста была, с перевязанной рукой. Один в один с немецким диверсантом что к нам в группу окруженцев внедрился. Их там трое было, этот в форме капитана-танкиста. Вычислили их быстро, двух взяли, а тот ушёл, быстро бегал. Я мало его видел, больше по деревням мотался, провизию добывал, он больше с генералом Хацкилевичем общался. Тот его точно опознает.
