— Если княжич даёт добро, и ты помочь хочешь, то лучше возьми гро́мницу, от этого пользы больше будет. Подойдём тихо — звери не убегут. А как мы с Любором их накроем со зга́рников, так ты добьёшь хотя бы одного на месте. Они твари быстрые, могут убежать, схорониться да выжить. А так одного точно пришибёшь. Или ранишь так, что догнать сможем и добить.
— Хороший план, — согласился дружинник. — Давайте гро́мницу.
После этого Влок покинул повозку, я вышел следом.
— Сидел бы ты, княжич, внутри, — сказал дружинник, но таким тоном, что сразу было видно: он понимает, сидеть в повозке я не буду.
Да и как сидеть? Как не посмотреть на такое уникальное зрелище: охоту на мра́гонов при помощи гро́мницы и зга́рников? Все три слова были для меня незнакомыми и непонятными, но шоу обещало быть ярким. И пусть ментально мне намного больше лет, чем тому телу, в которое я попал, но юношеский азарт и любопытство просыпается у мужика в любом возрасте. Разве что возраст дал о себе знать тем, что я вернулся в повозку и взял свой меч — лишним не будет.
А Влоку тем временем вручили ту самую гро́мницу — здоровенную штуковину, состоящую из деревянного корпуса, укреплённого металлическими вставками, довольно длинного и очень широкого ствола — примерно восьми сантиметров в диаметре, тугого троса из перекрученных стальных нитей и натяжного механизма, состоящего из массивного рычага с системой шестерёнок.
К гро́мнице дали сумку с металлическими ядрами, её дружинник тут же повесил на плечо. И если эти ядра способны взрываться, то, похоже, именно из таких штуковин и стреляли наши воины по камнерогу.
Проводники взяли в руки оружие, похожее на то, что дали Влоку, но только стволы у него были длиннее и диаметром раза в полтора больше, чем у гро́мницы. Нацепили себе на плечи сумки с ядрами — соответственно, тоже в полтора раза большими, чем дали Влоку, после чего вся троица, крепко держа наготове местные гранатомёты, направилась в сторону мра́гонов.
Те же спокойно пожирали свою добычу, вообще не обращая на нас никакого внимания. Их было двое, и издалека они походили на велоцирапторов-переростков — каждый примерно по полтора метра высотой, а может, и больше. Они отрывали от своей жертвы куски плоти и тут же глотали их, высоко запрокидывая массивные зубастые головы на длинных шеях.
От нас до ящеров было метров двести. Дружинник и проводники шли не спеша, я направился за ними. Судя по тому, что я услышал, опасность никому из нас не грозила — маги боялись, что раненые звери убегут, но никто ни слова не сказал о том, что мра́гоны в такой ситуации могут на нас напасть. Поэтому я решил рассмотреть охоту на удивительных зверей с максимально близкого расстояния. Ну и тяжёлый острый меч в руках давал ощущение защищённости. Я, конечно, не умел им пользоваться, и это дело стоило исправить как можно быстрее, но всё же оружие — это оружие, и уверенности в себе оно добавляет.
Когда мы прошли примерно половину пути до ящеров, проводники остановились и принялись натягивать на своих зга́рниках выполняющие роль тетивы тросы — видимо, с этого расстояния они уже могли сделать прицельный выстрел. Влок тоже принялся готовить гро́мницу к бою: он натянул трос, а затем извлёк из сумки шар. Но не стал вкладывать его в ствол, а достал из кармана сумки небольшой бархатный мешочек, а из него — белую горошину. Такую же, как те, что мне дали в дорогу.
Дружинник повертел шар в руке, нашёл в нём небольшое отверстие и поднёс к нему горошину. Но вставлять не стал, а шёпотом обратился к проводникам:
— Я готов.
— Тогда бей сразу, как они загорятся, — сказал Долгой Влоку, после чего обратился к своему товарищу: — Мой слева. Готов?
— Да, — прошептал Любор.
— Бей!
Последнее слово Долгой произнёс довольно громко, и сразу же после этого в направлении ящеров полетели два металлических шара. С характерным свистом, заставившим мра́гонов посмотреть в нашу сторону.
Но только посмотреть они и успели. Ядра долетели до зубастых зверюг и на самом подлёте произошло то, что я уже наблюдал, когда наши парни руками бросали похожие шары в камнерога: снаряды взорвались с громким хлопком, и из них вылетела горящая сетка, накрывшая ящеров. Только шары, запускаемые из зга́рников, были больше тех, что бросали защитники города, и сетка, соответственно, тоже была больше — примерно метра полтора в диаметре, и пламя на ней было более ярким. Видимо, и поражающий эффект был больше.
Любор выстрелил идеально — он умудрился полностью накрыть горящей сеткой голову своего ящера. Бедная зверюга, испустив дикий крик, упала на траву и принялась тереться о неё головой, в надежде, что это как-то поможет. А вот Долгой выстрелил не очень удачно — его сетка лишь немного накрыла левый бок второму мраго́ну, а так как пламя за пределы краёв сетки не выходило, то был риск, что этот ящер убежит и дотянет до того момента, как огонь погаснет. Его надо было атаковать дальше и как можно быстрее.
