Ящер недовольно фыркнул: то ли имя ему не понравилось, то ли просто никуда идти не хотел. Но его мнение не учитывалось, причём в обоих вопросах, поэтому я собрал все силы и сдавил ногами бока гусака. Тот ещё раз фыркнул, но смирился и отправился в путь.
Рано утром в Велиград на поклон к князю Бориславу Владимировичу прибыл посланник из Крепинска. Он назвался Гудоем и сказал, что его отправил к Велиградскому правителю племянник погибшего Крепинского князя — Чеслав, которому удалось спастись, в отличие от своего отца и дяди.
Посланник принёс Велиградскому князю несколько важных новостей и одно неожиданное предложение. Борислав Владимирович решил обсудить всё это с ближайшими соратниками и позвал на княжий совет брата Видогоста Владимировича, старшего воеводу Миронега, столичного тысяцкого Лесьяра и Влока — своего самого верного дружинника, главу личной охраны князя.
Когда все собрались в каминном зале за большим дубовым столом, Борислав Владимирович произнёс:
— Вы знаете, что произошло в Крепинске. Вы все вместе со мной и Радмилой переживаете за Владимира. Знаете, что я отправил Станиславу грамоту с требованием отпустить моего сына и получил ответ, что Владимир пропал во время осады Крепинска. Станислав утверждает, что он не видел моего сына и не знает, где он. Чермянин уверяет меня, что отпустил бы Владимира, так как к Велиграду у Браноборска нет никаких претензий после заключения мной мира со златичами. В Златояр я тоже отправил грамоту и потребовал от Станимира предъявить взятого им аманата. Станимир признал, что он не смог обеспечить безопасность Владимира, но он просит не предпринимать из-за этого никаких действий против Златоярского княжества, пока судьба моего сына не прояснилась. Станимир ещё надеется, что всё закончится хорошо.
— Мы все надеемся, что всё закончится хорошо, брат, — произнёс Видогост, воспользовавшись тем, что князь сделал паузу. — Прошло не так уж и много времени. Да, Станимир не обеспечил безопасность аманата, но я не думаю, что он знал о том, что чермяне собираются напасть на бряговичей. Может, не стоит пока портить отношения со Златояром? Ведь шансы на возвращение Владимира очень большие.
— Мне тоже не хочется портить отношения, которые только начали восстанавливаться, — согласился князь. — Да, Станимир не обеспечил безопасность аманата, но я понимаю, что его вины в случившемся намного меньше, чем Станислава. Чермяне знали, что у Любомира мой сын, и не позаботились о безопасности Владимира. Это не просто неуважение, это намного хуже. И я не могу такое простить, я должен на это ответить.
Князь замолчал, присутствующие за столом лишь согласно кивали.
— Я много думал, как лучше поступить в этой ситуации, — продолжил Борислав Владимирович. — И понял, что у меня нет другого варианта, кроме как пойти на Крепинск. Прощать такое нельзя. Но перед походом мне нужно было заручиться обещанием Станимира не поддерживать чермян.
— Но они союзники, — напомнил Видогост.
— Это так, — согласился Борислав Владимирович. — Но чермянин подвёл златича. Союзники так не поступают. Впрочем, это всё в прошлом. Ситуация поменялась. Час назад я разговаривал с человеком, прибывшим из Крепинска. И я хочу, чтобы вы тоже послушали, что он скажет. Влок, приведи его, он ждёт.
Дружинник тут же встал из-за стола и покинул зал. Через пару минут он вернулся с посланником из Крепинска.
— Садись за стол, — обратился князь к Гудою. — Расскажи всем, что мне поведал.
— Благодарю, господин! — ответил посланник, поклонился и, сев за стол, принялся рассказывать о том, что произошло в его княжестве: о захвате Крепинска чермянами, о предательстве воеводы и княжича Лютогоста, о казни Крепинского князя и его брата, о том, как держали в темнице Велиградского княжича Владимира и как тот сбежал, и ещё об очень многом.
Постепенно Гудой дошёл до свадьбы Крепинской княжны Ясны и Черноборского княжича Далибора, рассказал, что ожидало Ясну в первую брачную ночь, и поведал историю её чудесного спасения Владимиром Бориславовичем. Последнее оказалось для всех приятной неожиданностью — как минимум это доказывало, что Велиградский княжич жив.
Ещё посланник рассказал, что Владимира и Ясну теперь ищут как самых опасных преступников, что Станислав объявил за голову княжича огромное вознаграждение, но никто не видел беглецов с того самого дня, как они покинули Крепинск.
— Приятно слышать, что наш Владимир смог в одиночку справиться с охраной чермянского князя и выкрасть жену у его сына да ещё и в такой момент, — сказал Видогост. — Но откуда нам знать, что это всё правда?
— Зачем мне обманывать вас, господин? — ответил посланник. — Ведь я пришёл за помощью!
— За помощью? — удивился брат Велиградского князя. — За какой?
Гудой посмотрел на Борислава Владимировича, тот кивнул и произнёс:
— Рассказывай всё, за этим столом сидят те, от кого у меня нет секретов.
