— Знаешь, Владимир, мне иногда кажется, что ты не из Велиграда приехал, — неожиданно заявила Ясна. — Мне кажется, что ты вообще не из Девятикняжья.
— А откуда? — немного растерявшись, спросил я.
— Из далёкой-далёкой галактики, — ответила Ясна, рассмеялась, прижалась ко мне ещё сильнее и негромко добавила: — Мне так повезло, что ты у меня есть.
Проснулся я с первыми лучами солнца. Сразу же взглянул на костёр — пламя поднималось от земли более чем на метр. Значит, кто-то из моих спутников недавно просыпался и подбросил дров. Но сейчас и Ясна, и Добран крепко спали. А вот гусак уже был на ногах — он неспешно щипал траву вокруг себя, докуда позволяла привязь.
Мглецов в небе не было, видимо, уже залегли спать до вечера. Значит, можно было выдвигаться в дорогу — не стоило терять драгоценное время.
— Подъём! — громко произнёс я вставая.
Поднялся и замер. И с радостью отметил, что в теле не осталось ни сковывающей тяжести, ни усталости — словно сутки проспал или зелье какое-то чудотворное выпил. Сразу спросонья я этого не заметил, но теперь — да. Для проверки сделал наклон, приседание, поворот, прыжок. Мышцы работали чётко, дыхание было ровным. Силы вернулись в полном объёме, и это не могло не радовать.
— Что с тобой, Владимир? — спросила Ясна, проснувшись и заметив мои приседания-прыжки.
— Зарядку делаю, — ответил я. — Полезно, между прочим. Давайте вставайте! Быстро перекусим и в дорогу. Ко мне силы вернулись, поэтому сегодня будете на Желтке по очереди ехать. Надо ускориться по максимуму, у нас еды осталось на завтрак и обед. Если к ужину не выйдем на какую-нибудь деревню или город, то придётся охотиться. Хотя я вообще не представляю, на кого. Я, кроме мглецов и мелких птиц, никого не видел за весь наш путь в горах.
— Но мглецы же кого-то едят, — заметила Ясна. — Значит, есть в горах добыча.
— Есть, — согласился я. — Но её надо найти и поймать. Поэтому я бы предпочёл, чтобы нам попалась наконец уже хоть какая-то деревня.
— А они здесь есть?
— Должны быть, куда-то же эта дорога ведёт. Хотя я не представляю, как здесь можно жить, когда вокруг вот так спокойно мглецы летают.
— А карта ничего не показывает?
— Карта не показывает даже дорогу.
— Но тогда у нас немного шансов дойти сегодня до какой-нибудь деревни, — сказала Ясна. — И завтра тоже. Может, попробуем поохотиться? Я собрала большую часть стрел.
— На кого? — спросил я. — На мглецов? Их, вообще, можно есть, кто-нибудь слышал хоть что-то на этот счёт?
На этот вопрос Ясна лишь развела руками.
— Может, стоит отклониться от дороги и зайти в какой-нибудь лес? — предложила она. — Там больше шансов встретить какую-нибудь дичь.
— Завтра так и сделаем, если сегодня еды не раздобудем, — сказал я. — А вы, случайно, не разбираетесь в грибах или ягодах? Их точно должно быть полно вокруг. Просто я вообще ничего не помню: что можно есть, что нельзя.
— Малину можно, — уверенно заявил Добран, который к этому времени уже проснулся и теперь сидел на земле, зевал и почёсывал лоб.
Это была хорошая мысль. Если в этом мире есть дикорастущая малина, то в горах она точно растёт. И вроде сезон ягод примерно в это время и был как раз.
— Тогда в дороге поглядывайте по сторонам — вдруг малинник заметите, — сказал я. — Это, конечно, не мясо и даже не грибы, но хоть что-то. Ну и будем надеяться, что мы всё же найдём какое-нибудь поселение, и нам не придётся идти на крайние меры.
— Желтка есть не дам! — объявил Добран и насупился.
Гусак тут же фыркнул и дёрнул головой, словно понял смысл этих слов, а мы с Ясной одновременно рассмеялись.
— Не бойся, — сказал я мальчишке сквозь смех. — Желток в этом плане в безопасности. Он теперь член команды, а своих мы не едим. Я имел в виду уход с дороги и плутание по лесам в поисках дичи, которую точно можно есть.
Добран улыбнулся и пошёл отвязывать гусака, чтобы отвести того к воде. Когда пацан вернулся, мы принялись завтракать холодным вчерашним мясом и запивать его ледяной водой из горной реки. И я, как обычно по утрам, снова подумал, что надо было взять с собой хоть какой-нибудь котелок в дорогу. Желудки наши сырую воду из ручьёв и рек принимали нормально — организмы, видимо, были привычными к таким вещам, но выпить чего-то тёплого очень хотелось. Пусть не кофе и не чай, но трав каких-нибудь точно заварить можно было. Те же листья малины хотя бы.
После завтрака погасили костёр и двинулись в путь. На гусака взвалили поклажу и посадили Добрана, а мы с Ясной — пешком. Сразу же взяли хороший темп — не имело смысла днём экономить силы, когда стоянки на ночлег длятся примерно по десять часов и дают возможность хорошо отдохнуть. Надо было пройти как можно больше, пока светило солнце.
По мере нашего движения уклон становился всё ощутимее, а растительность вдоль дороги потихоньку менялась: становилось всё меньше лиственных деревьев и кустарников, вместо них пошли в основном ели, сосны и можжевельник. При такой динамике в скором времени о малине можно было забыть.
