С нарастающим ужасом Нина смотрела на пять человеческих останков, ровным рядом лежащих плечом к плечу на плоском камне, напоминающем древний алтарь. Первые два тела были полностью обмотаны с головы до ног полосами белой материей. Следующие два обнаженных тела, очевидно принадлежащие молодым женщинам, были покрыты белыми гранулами и казались высушенными. Крайнее справа тело было обработано подобным образом и также иссохло, но в значительно меньшей степени.
– Убийца готовит из них мумии… – прошептала Нина, нарушая тишину.
Никто ей не ответил. Даже Уэйд в кои-то веки не нашел нужных слов.
Один из криминалистов снимал на видео то, как его коллега смахивает белый порошок с трех тел, оставшихся обнаженными. Придвинувшись ближе, Нина разглядела черты лиц.
– Хейли Гаррет, Кэти Смит и Эмили Мейкон, – пробормотала она.
– Те трое, кто был похищен перед Мелиссой Кэмпбелл, – сказал Перес, подтверждая ее предположение. – Полагаю, остальные двое – это Сэнди Оуэнс и Черил Гроувер, но нужно будет дождаться заключения судмедэксперта.
Уэйд указал на пять грубых терракотовых кувшинов, стоящих в головах у жертв.
– Если преступник следовал процедурам мумификации древних египтян, в этих кувшинах находятся…
– Внутренние органы, – закончил за него Перес. – Криминалисты уже сняли крышки, чтобы сделать фотографии. – Он поморщился. – Я смог хорошо разглядеть то, что внутри.
Кровь схлынула с лица Брек.
– Эти кувшины заполнены кишками?
– В древности жрецы разрезали брюшную полость и извлекали все внутренние органы, за исключением сердца, – сказал Уэйд. – Желудок, печень, легкие и кишки они помещали в отдельные сосуды. – Он бросил взгляд на алтарь. – Похоже, в нашем случае убийца сэкономил время и место, использовав по одному кувшину на каждую жертву. Судмедэксперт определит, как он разделил органы.
– Откуда тебе все это известно? – спросила Нина.
– В Смитсоновском институте[10] есть замечательная экспозиция, посвященная мумиям, – объяснил Уэйд. – Я бывал там несколько раз. Похоже, многое из того, что я узнал, застряло у меня в памяти.
– Ты упомянул о том, что сердце жрецы оставляли на месте, – сказал Кент. – Почему?
– Потому что древние египтяне верили в то, что в сердце помещается душа человека. – Уэйд полностью перешел в бесстрастный режим, делясь своими познаниями без какого-либо проявления чувств. – А вот головной мозг, однако, считался для загробной жизни ненужным, поэтому от него избавлялись.
Обед бурлил у Нины в желудке, но она сделала над собой усилие, оставляя еду на месте.
– Однако головы жертв не тронуты. – Нина вопросительно посмотрела на Уэйда. – Каким образом он…
Уэйд ответил, не дав ей закончить свой вопрос:
– Как правило, жрецы извлекали головной мозг через нос с помощью железного крюка. Этим крюком они разрезали мозговое вещество на куски, которые можно протащить через ноздри и…
– Матерь божья! – воскликнула Брек, вскидывая руки. – У меня уже возник жуткий зрительный образ!
– А что это за белые гранулы на обнаженных телах? – спросила Нина, спеша поскорее закрыть тему мозгового вещества.
– Смесь поваренной соли и пищевой соды, – объяснил Перес. – Криминалисты уже выполнили экспресс-анализ.
– Эта смесь высушила трупы, – сказал Уэйд. – В паре с сухим жарким воздухом Аризоны.
– Убийца защитил трупы от разложения, – сказал Кент. – Любопытно взглянуть на то, на какие труды он пошел, чтобы сохранить своих жертв. – Он огляделся по сторонам. – Просто перетащить их сюда было невероятно сложно, а затем он должен был постоянно возвращаться, чтобы работать с телами.
– До студгородка ТИА отсюда несколько миль. – Нина оглянулась на Переса. – На дорогах есть камеры видеонаблюдения, которые могли бы заснять, как убийца едет сюда или тащит в парк большой мешок?
– Ближайшая дорожная камера находится на Центральной авеню, – покачал головой Перес. – Мы не можем определить, какие машины въезжали в парк.
– А разве охрана не фиксирует информацию о посетителях? – спросила Брек.
– Охрана отпирает ворота утром и запирает вечером, – сказал Перес. – Вот и всё.
– Подождите! – встрепенулась Нина. – Если ворота ночью заперты, убийца должен был доставить сюда трупы средь бела дня. Вероятно, в багажнике своей машины.
– А что, если жертвы были еще живы, когда он привозил их сюда? – предположил Хейзел. – Быть может, убийца заставлял их идти под дулом пистолета.
– Нет ничего указывающего на то, что он убил их здесь, – заметил Перес. – Пока что мы исходим из предположения, что преступник убил их где-то в другом месте и переместил сюда уже мертвые тела.
– Зачем убийца так рисковал быть схваченным, воспроизводя древний ритуал? – спросила Нина, не обращаясь ни к кому конкретно. – Он ведь должен был регулярно возвращаться сюда.
– Потому что сохранение тел было для него важнее риска быть схваченным, – сказал Кент. – Им движет непреодолимое желание.
– Что бы им ни двигало, это должно быть связано с тем, как он выбирал, а затем убивал своих жертв, – заметил Уэйд. – Если мы это поймем, то сможем выйти на непра.
