— Значит, они решили построить свой мир? — спрашиваю я, игнорируя подозрительные взгляды, моих собеседников.
Лиана несколько секунд колеблется, с опаской поглядывая на меня, но затем ровным голосом продолжает: — Они выбрали нашу землю. Нам неизвестно, почему. Они сосуществовали с нами, даря нам магию и благодать. У Этана и Неи родились три сына и три дочери. Прекрасные создания, наделенные небесной красотой и добротой. Но однажды старший сын, увидел прекрасную земную девушку и влюбился. Но родители не позволили бы быть им вместе, поэтому, он научился проникать в ее сны. Только так они могли быть вместе…
Мое сердце пропустило несколько ударов. Почему эта история кажется мне такой знакомой? Вдруг голова загудела, а следом в памяти стали мелькать картинки. А точнее только одна, которая, то вспыхивала ярким светом, то угасала, покрываясь мраком. Я видела комнату, залитую яркими солнечными лучами. И сквозь эти лучи, на меня смотрела незнакомая женщина. Она улыбалась мне. Кто она?
— Влюбленные жили как в аду, — не замечая моего смятения, продолжала Лиана. — Но Этан и Нея смиловались над ними. И позволили пожениться. Эта свадьба дала начало нового рода. Рода полубогов и полубогинь. Вскоре остальные сыновья и дочери Этана и Неи нашли свои вторые половинки среди людей.
— Какая романтичная история, — комментирую я.
— Это только начало! — сообщает Лиана, скрещивая руки на груди. — Вскоре дети богов начали проявлять свои способности. Никто не догадывался, что они могут быть настолько сильны. Некоторые владели магией перевоплощения, кто-то мог создавать из пустоты настоящие произведения искусства. Возьми хотя бы Талана, его картина висит у нас в гостиной… Талан сын Морфея… Ох, это очень печальная история…
— О чем ты? — недоумеваю я, бросая в сторону дракона быстрый взгляд. Хейден задумчиво смотрит перед собой, полностью поглощенный своими мыслями. Интересно, что происходит в его голове?
— Случилась беда, — мрачно говорит сестра, привлекая к себе мое внимание. — Жена Талана была смертной. Ее унесла человеческая болезнь, и после, он медленно стал сходить с ума. Талану хотелось мстить всем: людям, богам, полубогам. Его отец Морфей — бог сновидений, призванный хранить покой людей во снах. Но Талан вмешался в законы природы, созданные его отцом. Он стал проникать во сны, мучить сознания людей, сводить их с ума. Так появились кошмары…
— Бред! — фыркаю я нисколько не впечатленная историей. — В моей реальности, сны видят только те, у кого большие способности к магии.
— Ты видела кошмары, — говорит Хейден, бросая на меня оценивающий взгляд. — Ты говоришь, что у тебя нет магии, но все же видела сны. Тебе не приходило в голову, что здесь что-то не так?
Я глубоко вздыхаю: — Конечно же, приходило! Но моего самомнения не хватило, чтобы начать себя считать особенной!
— Думаю, что пора уже начать так считать, — отвечает он.
Мы смотрим друг на друга, несколько долгих секунд. Я ожидаю, что Хейден скажет что-то еще, но он продолжает молчать. Вместо него говорит моя сестра.
— Морфей и боги разозлились на Талана. Они хотели наказать его за беду, что он принес человечеству. Но смиловались. Вместо этого Этан и Неа, решили, что жизнь среди людей была ошибкой. Они приказали своим детям и внукам собраться вместе на высокой горе, у самых небес. Там они поведали своим творениям, что навсегда уходят и забираю их с собой. С тех пор никто не знает, где обитают боги и полубоги.
— И никто их больше не видел? — спрашивая я, вспоминая историю короля драконов.
— Время от времени, они появляются. Но ненадолго. Если тебе повезет их увидеть, то они выполнят твое желание, — отвечает сестра.
— Например, как в той в пещере? — озвучиваю я свои мысли, и краем глаза замечаю, как Хейден вздрагивает.
Лиана кивает: — Да. Так наш король получил власть. Так зародились драконы.
— И ты хочешь призвать ту самую девушку, чтобы заставить ее выполнить наше желание? — предположила я.
— Нет, — отрезает Лиана. — Ту девушку, как ты выразилась, лучше не встречать вживую.
— Почему? — по моему телу пробегают мурашки, а в комнате будто становится на несколько градусов холоднее.
— Потому что Антита — богиня обмана и тьмы, — говорит сестра.
— Ты понятия не имеешь, кем была та богиня, — цедит сквозь сцепленные зубы дракон. — Она… она… была прекрасна…
Мои глаза расширяются от удивления, впрочем, также как и у Лианы. Мы быстро с ней переглядываемся, а затем сестра говорит: — Антита, и, правда, прекрасна. Как и ее младшая сестра. Но безумием они заражены обе.
— Что ты имеешь в виду? — с интересом спрашиваю я, не обращая внимания на свое глухо бьющееся сердце. Мне не хочется думать почему.
