Правило первое: сделай вид, что веришь. Подыграй.
— Если я соглашусь на твой ритуал, ты отпустишь меня? — осторожно спрашиваю я.
Хейден криво улыбается: — После, ты не захочешь уходить.
Да, его слова звучат зловеще, но я никак это не комментирую.
— Мне нужно выпить зелье? Для чего? — спрашиваю я.
Хейден оживляется, и начинает рыскать по своим карманам. Парень хмурится, и что-то бормочет себе под нос. Но спустя минуту поиска, под своей подушкой, он находит прозрачный флакон с бордовой жидкостью.
— Что это? — спрашиваю я.
Хейден смотрит на жидкость, затем на меня: — Кровь дракона.
Я ухмыляюсь: — У которого есть крылья и клыки?
Он кивает: — Да, и чешуя. Оказалось, что мы там мало знали о драконах. Лиане понадобилось несколько месяцев, чтобы понять, что дело в крови.
— О чем ты? — с любопытством спрашиваю я, борясь с желанием вновь спросить, кто такая Лиана.
— Кровь дракона это источник чистой магии. Мы… точнее они, хранят в своих венах силу, которая устраняет эффект любого зелья. Лиане осталось только создать нужное нам, и смешать с моей кровью…
— С твоей кровью? Ты что дракон? — мои волосы встают дыбом, стоит мне только подумать об этом.
— Был им… — тихо, с легкой грустью, говорит Хейден.
— Я даже не хочу знать… Давай просто заключим сделку. Я выпью твое зелье, а ты меня отпустишь.
— Отлично! Это великолепнейший план! — в одну секунду лицо парня преображает счастливая улыбка, от которой мое сердце почему-то сбивается с ритма, в очередной раз. Но я отбрасываю эти ненужные мысли, стараясь сосредоточиться на происходящем.
— Правда? — теперь меня охватывает подозрение, уж слишком быстро он согласился. — Тогда, давай сделаем так: ты вернешь меня в замок, а я выпью зелье, когда буду в замке.
Хейден хмурится: — Я уверен, что ты знаешь, что происходит что-то неправильное. Когда я ничего не помнил, все равно считал, что нахожусь не на своем месте. Думаю, ты тоже чувствуешь это. Разве не так?
Я качаю головой. Возможно, отчасти он прав и чувства, что сводили меня сегодня с ума весь день, существуют, но ему этого знать не обязательно.
— Брось, малышка, — он резко поднимается на ноги, и подходит ко мне. — Ты должна чувствовать, хоть что-то! Неужели, смотря на меня, твое сердце даже не екает? Хотя бы разок?
Я вновь качаю головой, а затем с подозрением прищуриваюсь: — Почему мое сердце должно как-то на тебя реагировать? Кто мы друг для друга, по-твоему, Хейден?
Он кривит губы и с издевкой отвечает: — Заклятые враги. Я пришел спасти тебя, потому что устал от одиночества и скуки. Довольно, мы теряем время.
Он протягивает мне бутылочку: — Пьешь добровольно или я надену на тебя оковы.
Я смотрю на жидкость, и вдруг чувствую отдаленный отклик. То чувство дежавю вернулось. Мне кажется, что он уже давал мне что-то подобное. Только цвет был другой… серый?
Наши глаза встречаются: — Я даже не могу попросить тебя дать мне слова, что ты меня отпустишь. Ты можешь оказаться отъявленным мерзавцем.
Уголки губ мужчины поднимаются вверх. Он склоняется к моему лицу и тихо говорит: — Если бы я был мерзавцем, нянчился бы я с тобой сейчас или получил бы то, чего желаю…
Он бросает быстрый взгляд на мои губы, и теперь мое сердце совершенно точно откликается на него. Оно грохочет в моей груди, так громко, что мне кажется, отдается эхом по стенам пещеры.
— А чего ты желаешь Хейден? — шепотом спрашиваю я.
Он молчит слишком долго, но и когда я уже решаю, что он не ответит, раздается его голос: — Вернуть свою жизнь.
— Кто ее отнял? — я продолжаю шептать, опасаясь, что нас кто-то может услышать.
— Выпей, и узнаешь, — в его серых глазах мелькает хитрый огонек, от которого у меня пересыхает во рту. Можно перестать притворяться и признать, что мое тело, реагирует на Хейдена так, словно мы давно знакомы.
Я уже видела этот взгляд, и не раз.
— Хорошо, — уверенно говорю я. Что бы этот незнакомец ни задумал, выбора у меня и вправду не было.
— Хорошо? Серьезно? — он с подозрением прищуривается, изучая мое лицо. — Что заставило тебя передумать?
— А у меня что, есть выбор? — сердито отвечаю я, закатывая глаза. Только в эту секунду, я понимаю, что страх перед незнакомцем прошел. Мне сложно объяснить, как так вышло, что парень, который похитил меня, вызывает во мне любопытство и некую печаль, скрытую глубоко в моем сердце. Моя душа ноет от неведомой боли, которая вынуждает меня отыскать правду.
Он улыбается: — Нет. Но все же.
— Что за ритуал? — спрашивает я, замечая на его запястье глубокий шрам. Рана была нанесена довольно давно. Может быть, недели или месяцы назад.
— Пустяк. После того, как ты выпьешь снадобье, тебе нужно уснуть, а я позабочусь о ритуале, — тем временем говорит Хейден.
— Я не закрою глаза наедине с тобой, — шепчу я сердито.
— Если бы ты знала, как иронично это звучит, — вновь глаза незнакомца вспыхивают, только теперь в них таятся совершенно другие чувства. И я пока не уверена, хочу ли видеть их снова.
— Откуда у тебя шрам? — спрашиваю я, стараясь отогнать от себя ненужные чувства.
