– Будем искать!.. Нужно сейчас же начать поиски! Скорее! Скорее! – с обезумевшим видом мечется по комнате господин Летелье.
– Да, – говорит господин Монбардо. – Будем искать. Но только не так, как я. Методично. Тогда как я потерял самое драгоценное время моей жизни!
– Нельзя нервничать, ты прав. Логика, тут нужна логика.
– Может, скажем мсье Максиму? – предлагает Робер Коллен. – Лишняя голова никогда не помешает…
– Вот именно, – говорит Летелье. – И потом, сейчас не время петь.
И они идут через анфиладу комнат к певцу.
Максим стоит посреди коллекций и аквариумов в ротонде, заставленной витринами и бадьями. Он поет, но у него красные руки, а белый фартук забрызган кровью. Он только что вырвал плавательный пузырь у рыбины и теперь препарирует его и поет. Он весь в крови, и господин Летелье, несмотря на спешку и тревогу, отступает на шаг.
– Папа… дядя… в чем дело?
Доктор поясняет: Мария-Тереза, Анри и Фабиана исчезли. Их нужно найти.
Максим и Робер пытаются сосредоточиться, чувствуя, что лишь они двое способны рассуждать здраво. Отцы семейств только и знают, что сокрушаться; это уже не люди действия, их умами полностью овладела печаль.
Робер и Максим резюмируют ситуацию. В общем и целом перед ними стоит двойная задача.
Бывший офицер морского флота хладнокровно организует поисковую операцию. Робер Коллен руководит посадкой. Сам он садится рядом с водителем. Автомобиль отъезжает. На распростершегося на желтом кожаном сиденье господина Летелье больно смотреть. Он походит на господина Монбардо, как брат по несчастью. Крестьяне Амейзьё, возвращаясь с мессы, даже не узнают его – столь ожесточенным, незнакомым выглядит его землистого цвета лицо.
Однако перед почтовым отделением Артемара господин Летелье оживляется. Он приказывает остановить, спрыгивает с подножки на землю и исчезает за дверью. Через пять минут он выходит, и ему помогают сесть в автомобиль.
– Поезжайте!
Телеграфистка с восхищением смотрит из окна на комфортабельный двойной фаэтон, стремительно срывающийся с места, и передает врученное ей сообщение.
Мария-Тереза исчезла. Немедленно приезжайте с профессионалами сыскного дела.
– До Артемара она не дошла? Ох!
Стоя перед Максимом, который нервно теребил короткую бороду, госпожа Летелье повторяла:
– Мария-Тереза не дошла до своей тети?.. Не дошла?
Обхватив голову обеими руками, осунувшаяся, растерянная, она не находила себе места. Госпожа Аркедув, тоже очень бледная, но по-прежнему невозмутимая, пыталась ее успокоить.
– Послушайте, мама, – произнес Максим, – Мария-Тереза, несомненно, с Анри и Фабианой. С ними она в безопасности.
– И где они, по-твоему? – спросила бабушка.
– На Коломбье! Просто с ними что-то приключилось во время прогулки. Какое-нибудь происшествие…
– Но какое? Там ведь расщелины…
– Откуда же я знаю? Может, произошло обрушение…
– Вот именно! – простонала госпожа Летелье. – Я не хотела, чтобы она ходила одна! Я не переставала этому противиться!
– Ох! Мама, чтобы дойти до дяди! Всего два километра средь бела дня, по одной из самых оживленных дорог или по безлюдной тропинке!.. Но мне кое-что нужно уточнить… Прежде всего: в котором часу Мария-Тереза вчера ушла?
– В десять, – ответила мать. – Она попрощалась со мной в вестибюле. Ах! Если бы я знала!..
– И вы совершенно уверены, что она направилась в Артемар?
– Абсолютно. Мария-Тереза не умеет врать.
– Это правда. По какой дороге она пошла? По верхней? Или по нижней?
– Ах! Это мне неизвестно.
– Мне тоже, – добавила госпожа Аркедув.
– В каком платье она была?
– В сером платьице и черной тюлевой шляпке.
– А ее походный костюм, тот, что с короткой юбкой?
– Но, знаешь ли, она и не собиралась идти ни на какую экскурсию…
