— Он очень трудолюбивый парень. У него будет хорошая жена, — сказав это, она игриво продолжила: — Теперь всё отлично. Ты закончил обучение и стал выпускником университета Хой... Ох, скоро и ты сможешь зарабатывать деньги. Вы не должны задерживаться в том доме, где сейчас проживаете. По крайней мере, у вас должна быть ванная, которую вы сможете назвать своей.
— Миссис Смирин, сегодня вы будто молодая и энергичная девушка, — выдавил из себя Чжоу Минжуй с сухой улыбкой.
Если Клейн пройдёт собеседование и станет преподавателем в одном из университетов города Тинген, его социальный статус сразу взлетит.
В воспоминаниях Клейна он нашёл мечты о том, что тот когда-нибудь арендует домик в пригороде. Там будет пять-шесть комнат, две ванные, огромный балкон, столовая, гостиная, отдельная кухня и просторный подвал.
Это вовсе не было невыполнимо. Даже преподаватель на испытательном сроке в университете Тингена будет получать зарплату в два золотых фунта за неделю. А если пройти испытательный срок, зарплата будет повышена до трёх золотых фунтов и десяти соли. Для сравнения, несмотря на работу в течение нескольких лет, брат Клейна, Бенсон, получал зарплату всего в один фунт и десять соли в неделю. Обычные рабочие на фабрике не получали даже одного фунта. А арендная плата за дом составляла примерно один фунт и восемнадцать-девятнадцать соли.
Тем не менее всё это только при условии, что он пройдёт собеседование в университет Тингена или университет Баклунда.
Других возможностей не было. Без нужных связей никак не получить рекомендации и стать государственными служащими. А те, кто изучает историю, более ограничены в возможностях трудоустройства. Нет особо большого спроса на консультантов по вопросам истории со стороны аристократов, банков или промышленных магнатов.
Принимая в расчёт фрагментированные неполные знания Клейна, Чжоу Минжуй чувствовал себя неловко, видя ожидания миссис Смирин.
— Я всегда молода в душе, — со смехом ответила Венди.
Во время разговора она упаковала шестнадцать буханок в коричневый бумажный пакет, который принёс Чжоу Минжуй, протянула правую руку и сказала:
— Девять пенни.
Каждая буханка весила примерно половину фунта, но небольшие различия всё равно были неизбежны.
— Девять пенни? Не одиннадцать пенни, как два дня назад? — спросил Чжоу Минжуй на автомате.
— Ты должен поблагодарить тех людей, которые устроили протесты на улицах, требуя отмены закона о зерне, — сказала Венди, пожимая плечами.
Чжоу Минжуй кивнул, смутно понимая, о чем речь. Он помнил только то, что основной целью закона о зерне была помощь отечественным производителям сельскохозяйственной продукции. Пока цены не поднимаются до определённого уровня, импорт зерна из более южных стран, таких как Фейнапоттер, Масин и Ленбург, останавливается. (1)
Чжоу Минжуй осторожно достал одну из купюр и передал её миссис Смирин.
Ему дали три пенни сдачи. Засунув их в карман брюк, он взял бумажный пакет с хлебом и направился на рынок за горохом и мясом. Он усердно трудился ради баранины с горохом, которую обещала приготовить его сестрёнка.
На перекрёстке улицы Железного Креста и улицы Нарциссов была городская площадь. Там располагалось множество палаток. Клоуны, одетые в странные и смешные наряды, раздавали листовки.
С этими мыслями Чжоу Минжуй подошёл ближе.
Как только он хотел спросить клоуна о цене, рядом с ним раздался хриплый женский голос.
— Хотите, я вам погадаю?
Чжоу Минжуй неосознанно повернулся и увидел женщину в остроконечной шляпе и длинном чёрном платье, стоящую перед небольшим шатром.
Её лицо было измазано красной и жёлтой краской, а глаза были серо-голубыми.
— Нет.
Чжоу Минжуй покачал головой. У него нет лишних денег, которые он мог бы потратить на гадание.
Женщина засмеялась и сказала:
— Моё гадание на картах таро очень точное.
Произношение было почти идентичным картам таро с земли, которые тоже предназначались для гадания. На них были изображены различные предметы и знаки, которые символизировали предзнаменования.
Оно произошло не от семи общепризнанных богов и не было древним наследием. На самом деле оно было создано консулом республики Интис, Розелем Густавом, более ста семидесяти лет назад.
