Повелитель Тайн полностью

Приведя в порядок свои мысли, Клейн достал чистый лист бумаги и написал:

«Дорогая Мадам Дейли,

Мы только что завершили миссию и, к сожалению, потеряли одного из наших. Все было так…

…Тогда я понял, что своим духовным зрением не смогу определить, под заклинанием сна прислуга или нет, и было бы непросто проводить гадание над каждым, чтобы это выяснить. Поэтому я вернулся с намерением спросить совета у капитана. В этот момент в зеркале я увидел капитана, стоявшего на коленях рядом с телом Кенли, а из его рта текла алая кровь.

Я не знаю, что именно произошло, и не знаю, в каком состоянии находится капитан. Я надеюсь, что вы сможете дать мне ответ».

…

Написав это, Клейн еще раз прочел письмо, прежде чем сложить его пополам.

Затем он установил ритуал и активировал своё духовное зрение, чтобы вызвать посланника Дейли. Он вызвал странное лицо, на котором был только рот.

Он увидел красный язык, усеянный неровными острыми зубами, и пять бледных пальцев на кончике языка. Клейн молча протянул ему письмо.

Когда всё снова пришло в норму, он сел и продолжил писать.

На этот раз он собирался спросить Мистера Азика.

«…На недавнем задании с моим начальником случилось нечто странное. Он отослал меня, а сам опустился на колени рядом с трупом нашего товарища, когда я это увидел, то у него из рта текла алая кровь.

Вы сталкивались с чем-то подобным? Как я могу помочь своему начальнику?»

Сложив письмо, Клейн достал медный свисток, поднес его к губам и дунул.

В наступившей тишине призрачные белые кости фонтаном взлетели со стола и наконец превратились в огромного монстра. Он был почти четырехметровой высоты, как обычно покрытый слабым свечением. И как обычно, его голова пробивала потолок.

Клейн дернул запястьем и швырнул письмо. Белый костяной монстр поймал письмо и крепко сжал его.

Клейн снова дунул в медный свисток и наблюдал, как посланник распадается.

Клейн почувствовал себя намного спокойнее после того, как отправил письма, но на этом он не остановился. Клейн отодвинул стул и встал. Затем он сделал четыре шага против часовой стрелки и вошел в мир над серым туманом.

Величественный дворец и древний стол предстали перед его глазами.

Клейн сел на почетное место Шута. Затем он достал из левого рукава спиритический маятник и представил перед собой пергамент из козьей шкуры и авторучку.

Он собирался провести гадание относительно капитана в ту ночь.

После некоторого раздумья Клейн написал первое утверждение.

— Ненормальность Данна Смита приведет меня к опасности.

В мистицизме, гадание, с помощью которого прорицатель хочет выяснить для себя опасность, трудно нарушить. Это инстинктивная способность духовной силы.

Другими словами, до тех пор, пока никто не вмешивается и не вызывает колебаний духовной силы, Клейн может получить точный результат от гадания.

Это также было причиной, по которой он смог предсказать опасность в миссии с мадам Шарон, хоть и знал, что она может вмешиваться в гадание. Просто мадам Шарон была недостаточно сильна, чтобы влиять как-то на подобного рода гадания.

Чтобы выяснить обстоятельства с Данном Смитом, он решил устранить все помехи и провести гадание над серым туманом.

Держа маятник левой рукой, он семь раз повторил гадание. Он закрыл глаза и погрузился в когитацию.

Через несколько секунд он открыл глаза, и они снова обрели свой обычный цвет.

Он посмотрел на подвеску с топазом и почувствовал тяжесть на сердце, потому что маятник вращался по часовой стрелке. Амплитуда вращения и скорость не были маленькими.

Это означало, что результат был положительным.

Это означало, что ненормальность Данна Смита приведет его к опасности!

И уровень опасности был значительным.

Клейн «стер» предыдущее гадание и записал новое на пергаменте.

— Причина ненормальности Данна Смита.

Он убрал топазовый кулон и откинулся на спинку стула. Он зачитал гадание и вошел в сон.

В расплывчатом иллюзорном мире он не мог ничего увидеть или обнаружить. Вокруг не было ничего, кроме серого тумана.

«Информации недостаточно, поэтому гадание провалилось…» – Клейн посмотрел на козью шкуру на длинном бронзовом столе.