— Так, все же, у тебя есть какие-нибудь идеи?
Мисс Телохранительница не отвечала. Вместо ответа она молча воспарила и внезапно по всему коридору завыл ледяной ветер.
*Вжух* Ветер все выл, а охранница взмыла в зал. Температура стремительно падала. *Вжух*
Извивающиеся змеи из центра зала стремглав расползлись во все стороны, ища уголки, в которых еще сохранилось тепло.
Через две-три минуты, во всем зале, на стенах его, как и в коридоре образовался тонкий слой инея, а бесчисленные змеи пропали, будто их и не было.
*Вжух* Ошарашенный Клейн молчал, и лишь спустя несколько секунд осторожно утвердил: — Э…Этого достаточно.
Внезапно налетевший ледяной ветер унялся, но холод не утихал. Мисс Телохранительница исчезла. Клейн, прикрывшись рукой чихнул. Затем он поднял фонарь вверх и осторожно проскользнул через каменную дверь в широкий зал.
Убранство здесь было схожее, что и в коридоре снаружи. Внутри было воздвигнуто восемь круглых колонн.
С высокого куполообразного потолка свисали металлические столбы, внизу которых были подсвечники, вырезанные в стиле разных существ.
Перевернутые подсвечники…
Будучи, не то, чтобы отличником, но все же, в прошлом студентом исторического факультета, Клейн сделал предварительное беглое суждение, основанное лишь на этом уникальном устройстве.
Четвертая эпоха?
Среди историков северного континента была общепризнанная истина, что вся четвертая эпоха была окутана беспросветной тайной. Невозможно было доподлинно сказать, что конкретно происходило в те времена.
В найденных древних записях того времени было слишком много недостающих фрагментов и неясностей, чтобы правильно составить картину того периода истории. Было обнаружено слишком мало гробниц, древних городов и литературы, чтобы создать верное представление.
Однако, это вовсе не означало, что никто не проводил соответствующих исследований. Редко всплывающие реликвии и информация все же встречались.
Прежний Клейн был настоящим фанатиком истории Четвертой эпохи. Он часто пролистывал журнальные статьи и книги по этой теме, настолько часто, что нынешний Клейн помнил множество выдержек о той эпохе.
Будь то Соломонова Империя, Империя Тюдоров или Трансетов — все они имели схожие архитектурные стили, моду, что порой шла вразрез со здравым смыслом. Она была архаична, ассиметрична и порой выделялась частым использованием черных тонов.
Наиболее типичными были свисающие с потолка подсвечники и выдолбленные на черных стенах замысловатые узоры.
Именно поэтому первой реакцией Клейна было то, что он окрестил это подземное сооружение причастным к Четвертой эпохе. При помощи ручного фонаря он осматривал скругленные металлические столбы с подсвечниками, которые тянулись от купола что возвышался над его головой. Все в этом месте напоминало ему ту смутную эпоху, то самое время, которое оставляло многих историков скорбеть о утраченном прошлом.
В нескольких журнальных статьях упоминалось, что количество подсвечников разнилось от сооружения к сооружению. Хоть три империи и находили асимметрию прекрасной, все же, во многих аспектах они придерживались скрупулезных правил… К примеру, три слева и два справа — подобным могли довольствоваться простолюдины. Пример взят на основе структуры зданий и жилищ, которые еще находили в экспедициях.
Клейн вытянул руку, подняв фонарь как можно выше. Незваный гость шел аккуратно и не торопясь, методично считал подсвечники с обеих сторон зала.
Коридор оказался даже шире, чем он ожидал. Клейн прошел, по меньшей мере, сотню метров, пока не наткнулся на платформу, стоящую в полуметре над уровнем земли. Лишь тогда он заметил толстенную стену, которая отмечала конец пути.
Сорок один перевернутый подсвечник слева и сорок справа. М-многовато. Что за роскошь? Какая-то сверхмогущественная семья? Ох, семьи Антигона и Заратула, они как раз были аристократией Четвертой эпохи… Они так же славились своим могуществом и ужасающим нравом, даже за пределами прочих семейных кланов. Впрочем, другие благородные семейства не отставали…
Продолжая исправно держать фонарь в своей руке, Клейн шел вперед. В тьме он разглядел лестницу, что стояла сбоку от платформы. На полу из черных плит проглядывались царапины.
Неужели это все сохранилось с Четвертой эпохи?
При помощи своих, уже привыкших к потемкам, но и без того острых Глаз, ну и света фонаря, конечно, он обнаружил два железных черных кресла, которые стояли на вершине возвышающейся платформы.
Два огромных седалища высились над другими сиденьями снизу.
Два? Почему их два? Согласно законам того времени, здесь должен быть один трон, который бы выказывал власть и авторитет над прочими. Но их тут два… Двое могущественных графов, герцогов или принцев?
Клейн остро ощутил нехватку познаний в истории той эпохи.
Но он точно помнил, что во многих статьях описывалось, что в трех империях: Соломон, Тюдор и Трансест — была строгая иерархия. Исходя из этого, можно сделать вывод, что внутри одной фракции никак не могло быть равных по влиянию лидеров.
— Странно… — пробормотал Клейн, привлекая внимание его спутницы.
