— Если у вас все получится, я не только отдам вам формулу Аптекаря, но и подарю мистический артефакт. Последний, кстати, без особых негативных эффектов.
Клейн был изумлен.
— Отец, вы так щедры!
Преподобный не сказал больше ни слова и достал из потайного кармашка своей коричневой рясы странную свечу.
Наружный слой свечи, казалось, был обернут в слой человеческой кожи.
Невооруженным взглядом виднелись неровности.
Фитиль был длиной с палец, а сама свечка переливалась черным цветом.
— Зажги ее своей Духовной Силой, — Отче протянул Клейну крошечную, странную свечку.
Но Клейн не послушался двухметрового преподобного. Вместо этого он достал спичечный коробок, выудил оттуда несколько спичек и положил их себе в карман брюк. Он зажег и тут же задул еще несколько спичек, которые разбросал по разным углам храма. Затем он поправил бумажные фигурки, удостоверился, что не забыл медный свисток Азика и проверил наличие пары амулетов.
Он готовился к наихудшему сценарию из возможных.
После того, как он закончил, Клейн щелкнул пальцами и вызвал синее Духовное Пламя.
*Ших!*
Он поднес огонек к фитильку черной свечи.
С виду, ничего не изменилось, но Клейн остро ощутил, что он погрузился в иной мир.
Прямо перед собой он лицезрел Отца Утравски, он все так же стоял на том же самом месте. Его крепкое тело излучало угнетение.
Полный раскаяния мужчина посмотрел на Клейна и его лицо исказилось в свирепой гримасе.
Свет схлопнулся, цвета преобразились и Клейн уже стоял в эпицентре битвы!
Вспышка!
Епископ Утравски, обильно истекающий кровью, с грохотом рухнул на землю.
Клейн дрогнул, перед ним расцвело настоящее поле битвы.
Он лишь молча наблюдал за действом.
Клейн огляделся в поисках свечи, которая куда-то пропала, но он все ещё ощущал её слабый сладковатый запах.
Более не обращая внимания на тело Епископа Утравски, лежащее в луже его собственной крови, он методично вынул коробок и зажег одну спичку.
После искры свечи, кровь на полу исчезла, от чего зал собора вновь стал прежним.
Преподобный великан медленно поднялся, взглянул на Клейна и произнес:
— Не сработало… Неудивительно, что ты осмелился взяться за это дело… Лучше бы ты просто ушел… А ведь я не хотел тебя убивать…
Свечи, расставленные по всей церкви, внезапно зажглись. Свет, исходящий от свечей, не был ослепительным, наоборот — ободряющим, как рассветное солнце.
Клейн, не говоря ни слова, бросил спичку, надул щеки и издал оглушительный хлопок.
*Бах!*
Воздушная Пуля со звоном отскочила от груди великана. Епископ, на тот момент уже призвал свои доспехи, состоявший из перчаток, шлема и нагрудника.
На серебряном доспехе образовалась трещина, но нагрудник, остался цел. Утравски понемногу уже приходил в себя.
*Бах!* *Бах!*
Клейн, заметивший «паутинку» на металлическом нагруднике Епископа, произвел серию выстрелов, целясь в тоже самое место, надеясь пробить защиту.
Однако, в руках у отче появился, словно сконденсированный из света, широкий меч, которым он искусно отбил две пули, что с лязгом отскочили вбок.
Утравски с резким выпадом бросился вперед, от чего стены собора задрожали. Взмах его меча был настолько разрушителен и силен, что таким точно можно было снести дом.
Ветер, поднявшийся от замаха, чуть не снес Клейна с ног.
Что-за силища!
Мелькнуло в голове Клейна, который еле увернулся от сокрушительного удара, ловко отпрыгнув в сторону и перекатившись.
*Вдын!*
Двуручная рапира с грохотом пронзил то место, где секунду назад был Клейн, вдребезги разбивая каменные плиты.
Следом Паладин поволок по полу меч, оставляя оставляя внушительные борозды, поочередно переключаясь на вертикальные и горизонтальные удары, высекая всполохи искр.
Такова была специальная тактика ведения боя, против изворотливых противников.
Как раз в тот миг, когда Клейн в очередной раз собирался свершить кувырок, в его сознании возник образ, как его пронзили рапирой. Он быстро выправил руки, ладонями уперся в каменный пол и юрко подпрыгнул в воздух.
*Вжух!* *Ды-дыщ!*
От мощного удара поднялась пыль, и ужасающий меч разгромил стоящие поблизости скамейки.
Клейн даже не смог бы контратаковать, ведь Отец Утравски безустанно совершал атаки, без каких-либо пауз.
Один удар, два, три… Пять ударов, шесть, семь… Казалось, ему все не по чем, безостановочный шквал атак все никак не стихал. Это длилось десятки секунд.
Впрочем, он не совершал своей рапирой каких-то умопомрачительных кульбитов — рубил вертикально, рубил по диагонали, размахивал по сторонам, совершал выпады и колол. Все это были простые, но эффективные приемы, чтобы нанести как можно больше урона. Дальность атаки этого двуручного меча, так и вовсе устрашала ничуть не меньше, чем острие его лезвия.
Клейн кувыркнулся и ринулся наутек. У него все никак не появлялась возможность хоть как-то ответить, что выглядело довольно жалко. Если бы не те спички, которые он заранее разбросал по углам и не тот свет, что исходил со стен церкви — Клейн, вероятно, был бы уже покойником.
Как и ожидалось от искусного в бою паладина… Ни ошибок, ни слабостей…
