Клейн подумал об этом еще немного, а затем, поскольку у него не было никакого материала для анализа, сдался.
Значит, в половину восьмого… — повторил себе еще раз Клейн и вернулся в реальный мир.
Вечером того же дня, в доме Капима.
Капим уверенными движениями завязывал вокруг своей шее галстук-бабочку, а затем, прищурившись, взглянул на своего подчиненного.
— Фабиана убили? — Медленно вопросил Капим, леденящим душу голосом.
— Да, босс, — с трепетом и ничуть не прикрытым страхом, отозвался один из нижестоящих бандитов.
Несмотря на то, что он уже очень давно работал на Капима, он все еще до жути его боялся.
— Одиссей, ну сколько мне еще повторять? Говори «мистер»! «Мистер Капим», понимаешь? Впрочем, скоро меня будут величать не иначе, как «Сэр Капим», — слегка ослабив нашейный аксессуар и взяв промеж пальцев толстую сигару, произнес Капим.
— Когда его убили? Где?
— С-сегодня днем я послал его в Восточный район, кое-что сделать. В-в общем, там началась заварушка с бандой 3-змангера… Фабиан получил удар н-ножом в шею… — дрожащим голосом отчитался Одиссей.
Капим, как следует разжигая сигару, невозмутимым тоном бросил:
— Неужели эти «придурки Змангера» настолько тупы, чтобы не знать, что Фабиан был моим человеком?
— Мистер… Мистер Капим, как вы знаете, горцы народец приезжий, варвары чистой воды. Им наплевать, кто есть кто, — быстро внес ясность подчиненный.
— Неужели они позабыли, что в Баклунде так дела не делаются? Или они позабыли, кто есть я? Одиссей, добудь мне шкуру главаря банды Змангера, ответственного за тот квартал, где убили Фабиана. Ты же сделаешь это для меня? Подведешь меня — я утоплю твою жену с ребенком в реке.
— Да, босс… Мистер Капим, будет сделано! — Тут же воспрянув духом, вскрикнул Одиссей, а затем вдогонку спросил, — кого мне с собой взять?
Капим уже было собирался отдать приказ, как вдруг дверь отворилась и в кабинет вошел пожилой господин в белом парике.
Он отоварил холодным взглядом Одиссея, а затем перевел взгляд на Капима.
— Я слышал, что один из ваших подчиненных вступил в конфликт с бандой Восточного района и погиб. Это правда?
— Именно так, Мистер Харри, — привстал Капим с сигарой в руке.
Тогда Мистер Харри пристально взглянул Капиму в глаза и спросил:
— И вы задумали план мести, верно?
— Нет, вовсе нет, Мистер Харри, вы неправильно поняли, — смахнув выступившие капельки пота, оправдался Капим.
Мистер Харри, чей взгляд, казалось, стался еще более холодным, слегка кивнул и продолжил:
— Вы должны помнить, что в подобных случаях, вам следует как можно сильнее стараться не создавать неприятностей, без острой на то нужды. Мистер Капим, вы не единственный торговец людьми в Баклунде. Мы можем и дальше поддерживать вас, но точно также можем обратить свое внимание и на прочих. Не забывайте этого. Причина, по которой я выбрал вас, заключается в том, что вы были крайне осторожны, несмотря на ваш бесстыдный нрав, а не вовсе из-за того, что вы самый крупный работорговец в столице.
Одиссей стоял в сторонке и слушал, желая скорее статься клубком сигарного дыма, чем созерцать, как его доселе строгий босс, выслуживался перед Мистером Харри.
— Мистер Харри, меня больше беспокоит сам прецедент и его необычность. Такая случайность может нарушить наши планы, — без тени гнева и с улыбкой поведал Капим.
— В смерти нет ничего необычного. В том числе и в гибели Фабиана, — утвердительно кивнул Харри. — Я ничего не почувствовал.
— Вот оно как… Тогда все хорошо, — просветлев, высказался Капим.
Затем он кинул взгляд на Одиссея и жестом велел ему удалиться.
— Мистер Харри, — понизив голос начал Капим, — эта партия вам определенно понравится.
Заметив, что лицо Мистера Харри смягчилось, но не выказывало никаких положительных эмоций, Капим быстро добавил:
— Мы уже почти с ней закончили.
Мистер Харри медленно кивнул и вымолвил:
— Отправьте ко мне эту девочку. Сегодня вечером.
— Да, Мистер Харри! — Широко улыбнувшись воскликнул Капим.
После ухода Мистера Харри, его лицо сразу же помрачнело. Капим глубоко вздохнул и прошептал:
— Надеюсь, на этот раз ты сдержишь свое обещание… Я не хочу больше ни в чем подобном участвовать.
Он ясно помнил тот год, когда на Праздник Урожая к нему явился некто, желавший девственницу.
С того момента, его жизнь разделилась на «до» и «после». Капим занял пятую часть рынка работорговли в Баклунде.
Он быстро завоевал расположение многих важных государственных лиц, которых втянул в пучину разврата, тем самым став преуспевающим магнатом.
Но в какой-то момент Капим возжелал смыть со своей души грехи прошлого. Он хотел стать истинным членом высшего общества, однако все никак не мог этого себе позволить.
Взглянув на тлеющий огонь сигары, он взял фоторамку, где на снимке была запечатлена красивая женщина с двумя детками.
Потирая большим пальцем стекло рамки, Капим прищурился и прошептал:
— Это последнее дело… Мы обязательно встретимся…
Когда время подошло к ужину, он вышел из своего кабинета натянув на свое лицо улыбку.
